Гавани солнца - Марта Уэллс Страница 220

Лагерь устроили на расчищенной платформе маленького дерева-горы у края купола Тумана Индиго. Там стояли укрепленные молодыми деревцами шатры, были вырыты костровые ямы, и все в точности походило на лагерь раксура – кроме бледной кожи владык и дакти в земном облике.

— Они остановились здесь до отбытия раксура Опаловой Ночи, – пояснила Селадонна. – Малахита обещала им древо-гору на своей территории.

— Не сомневаюсь, что Изумрудные Сумерки и другие колонии были потрясены, – подняв брови, произнес Звон.

— Интересный был разговор, – признала Селадонна. – Но наставники сказали, что королева сквернов не может плодиться как прародительница, так что нет причины не оставить их здесь. Малахиту поддержала Жемчужина. А уж их обоих никому не остановить.

Ветряной корабль привязали к ветке над одной из самых больших платформ, Лун с остальными полетели к входному дуплу и вошли внутрь дерева.

Зал приветствий, полный воинов и арборов, гудел от радостных возгласов. От накатившей на Луна волны знакомых запахов, смешанных с чистым ароматом древа-горы, вдруг стало трудно удержать шипы в нейтральном положении.

Странно было видеть столько раксура в древе-горе Тумана. Тут смешались всевозможные запахи, а обычно полупустые балконы на всех уровнях между холлом и залом королев сейчас были заняты. Обилие новых запахов, еще больше голосов и шорохов, и гораздо больше, чем всегда, вывешенных для просушки одеял.

Елея появилась со шквалом шипов и крыльев и сменила облик еще до приземления. Она бросилась к Луну, и он поймал ее.

— Жемчужина сказала, что ты жив. – Она прикусила его за ухо. – И я не удивлена. Я знала, знала…

Он куснул ее ухо в ответ и сказал не слишком к месту:

— Я тоже.

Она отпустила его и обернулась к Нефрите. Потом Луна энергично стиснул Крестец, и Лун потерял из вида Нефриту и Елею. После этого появился Уголек, красивый, как всегда, даже если волнуется и обеспокоен. Рядом с ним шел Сумрак, и воины уступали консортам дорогу.

— Лун, Сумрак говорит, что у тебя все хорошо, но… на самом деле все хорошо? – спросил Уголек.

— Ну конечно, – ответил Лун. – Как малыши?

Сумрак подтолкнул Уголька – дескать, а я что говорил. Уголек осторожно посмотрел на Луна, но, кажется, с облегчением.

— С ними все в порядке. – Он добавил уже более уверенно: – И ты будешь гордиться тем, как вела себя Стужа в твое отсутствие.

Когда буря приветствий утихла, Лун опять оказался рядом со Звоном.

Неподалеку от Звона вокруг Толка и Ежевики собралась большая группа арборов. Звон, чуть улыбаясь, поднял взгляд на центральный колодец.

— Наверное, когда-то здесь тоже было так, – сказал он. – Я и не предполагал, что нам доведется это увидеть.

Лун опять посмотрел наверх, где воины перелетали с балкона на балкон.

— Они уйдут, и опять станет тихо.

Из-за шумной толпы арборов появилась Нефрита.

— Я должна встретиться с Жемчужиной и Малахитой, – сказала она Луну.

Он сделал вид, что верит.

— Если я тебе понадоблюсь, то буду внизу, в яслях.

— Я спущусь туда позже, – чуть помедлив, сказала она и прыгнула на стену приветственного зала.

Лун собирался провести время со своим выводком и птенцами из Медного Неба, а также поговорить с учителями. Но после града вопросов от Стужи, когда пришлось рассказывать ей в общих чертах о путешествии, после Шипа и Горького, и игр со всеми малышами, он уснул так глубоко, что ничем было не разбудить. Даже когда Почка, Кора и Река стояли над ним, болтали и нечаянно на него наступали.