Ее душа - Харли Лару Страница 23

И дело не только в любви к ужастикам или заброшкам. Даже мои самые страстные фантазии были окрашены в темные тона.

— Ты правда думала, что я позволю тебе так со мной разговаривать? – Его глаза сверлили насквозь: яркие, злые, полные предвкушения. – Проявила бы хоть каплю уважения!

Колени подогнулись. Пальцы терли клитор все сильнее. Между ног стало скользко. Я представила, как Леон нависает надо мной и смеется над попытками вырваться. Прижимает к полу, стягивает с меня штаны до щиколоток и рычит:

– Любопытство до добра не доводит.

Он ведь предупреждал. Его голос звучал ясно и отчетливо, будто он стоял прямо за спиной и шептал в ухо жарко и протяжно:

– Посмотри, чем это закончилось. Вот что бывает с непослушными девочками.

Я осела на кафельный пол и распласталась, позволяя воде течь по телу. В этот момент сама себе казалась жалкой… но иначе не могла.

– Признай, что была не права, маленькая Рэйлин.

Я застонала, выгнулась, ввела пальцы и с силой надавила на клитор. В голове зазвенел его смех, перед глазами мелькнула наглая ухмылка. Я вспомнила, как играли мышцы под его футболкой. Представила, как он наклоняется, почти касаясь губами уха.

– Ремень – вот что тебе нужно. Иногда непослушных девочек надо пороть до слез, правда ведь?

Я задрожала, не зная, затаить ли дыхание или схватить ртом воздух.

– Не стоило тебе нарываться. А теперь извинись. И тогда, может быть, я сделаю тебе приятно. После того как…

Оргазм накрыл внезапно, он свел меня судорогой, заставляя дрожать и стонать в полный голос. Это было неправильно. Это было опасно. И все же извращенная фантазия – быть наказанной, связанной, беспомощной – полностью лишила меня рассудка.

Пальцы отдернулись сами собой: тело стало до боли чувствительным.

Поднялась я не сразу. Долго лежала, обессиленная после оргазма, а горячая вода хлестала сверху. Наконец я встала, привалилась к стене и уставилась на тонкую воронку, исчезающую в сливе.

Снаружи снова пошел дождь, тихо застучав по запотевшему окну.

Вот черт… Похоже, я крепко вляпалась. И как мне теперь ходить в университет и каждый день видеть этого ублюдка, не вспоминая сегодняшний вечер?

7. Рэй

«Привет, девчуля! Сегодня вечером на Мейн-стрит стартует фестиваль искусств! Ты с нами??? Будем пить пиво и курить!»

За сообщением последовала цепочка эмодзи: подмигивающий смайлик, листочки, дымок. Я на секунду растерялась, но тут же вспомнила, кто это – Виктория. Оказывается, я так и не записала ее номер. Устроившись на диване с чашкой кофе, я торопливо напечатала ответ:

«Конечно! Приду!»

На душе стало чуть легче – наконец меня зовут прогуляться. Инайя, разумеется, всегда готова составить мне компанию, но если я хочу обосноваться в городе и найти здесь постоянную работу, мне нужно больше друзей. Виктория производит впечатление милой девушки. Сначала я боялась, что она окажется стервой – с ее-то образом инстаграм[1]-дивы. Но потом вспомнила, что не стоит судить людей по внешности, и решила не торопиться с выводами.

Возможно, фестиваль искусств мне окажется не по карману, но сидеть дома – точно не вариант. До Мейн-стрит рукой подать: идти чуть дольше, чем до университета, только в другую сторону.

Я вышла ближе к вечеру, одевшись потеплее: надела куртку, шапку и любимые кроссовки. Нужная улица петляла среди старых кирпичных домов, утопая в череде вишневых деревьев. По обе стороны располагались уютные кафе, пекарни, винтажные магазинчики и бутики. Люди уже начали собираться в толпу: и семейные пары с детьми, и студенты – все хотели приобщиться к веселью.