Королевская кровь - Дэниел Абрахам Страница 24

— Нет, – ответил Гедер. – Я счел неразумным держать его так близко, когда вы здесь.

На лице посла отразилось нечто вроде досады.

— Что ж, для меня это дурной знак. Затруднительно обращаться к вам за помощью, если вы уверены, что я убийца.

— Я этого не говорил.

— Зато показали это действием, – заметил Эшфорд. – И это, лорд-протектор, весьма соответствует вашей репутации. Не войти ли нам в дом?

Гедер предпочел не вести его в ту же гостиную. Позволить этому человеку – лицу и голосу Астерилхолда – находиться в комнате, где до этого сидела Санна Даскеллин, значило бы осквернить то, чем Гедер теперь дорожил. Поэтому гость был препровожден в тот самый кабинет, где Фелдин Маас убил собственную жену Фелию и заодно пустил прахом тщательно продуманный секретный план объединить Антею и Астерилхолд. По достоинству оценить такой выбор комнаты Эшфорд, разумеется, не мог. В отличие от Гедера.

Гедер занял широкое кресло, предоставив Эшфорду обитую тканью скамью. Мальчик-слуга принес два стакана и графин смешанного с водой вина, наполнил стаканы и ушел, не произнеся ни звука и не получив ни слова от присутствующих.

Эшфорд отхлебнул первым.

— Благодарю, что согласились со мной повидаться, лорд Паллиако, – начал он. – Я бы понял и ваш отказ.

— За вас просил Джорей Каллиам.

— Да. Я слыхал, что вы друзья. Вместе служили в Ванайях под командованием Алана Клинна, если не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь.

— Клинн, Иссандриан, Маас. Известная триада, и Фелдин Маас единственный, кого тем летом не выдворили из Кемниполя. Вместо этого король Симеон выслал Доусона Каллиама.

— К чему вы клоните?

Эшфорд, уязвленный, подался вперед, держа стакан кончиками пальцев.

— Король Симеон прекрасный человек, – сказал он. – В этом нет сомнений. Король Леккан – тоже. Однако ни один король не может быть лучше своих советников. Если бы Симеон в те времена знал то же, что знает сейчас, Доусона Каллиама не отправили бы в ссылку, а Фелдину Маасу не позволили бы остаться. Симеону нужны хорошие люди, мнению которых можно следовать. Такие люди, как вы и Каллиам.

Гедер скрестил руки:

— Продолжайте.

— Принцу угрожали. Возьмите кого угодно – крестьянина, священника, аристократа, приставьте нож к горлу его сына, и отец вас убьет ради спасения собственного ребенка. Такова природа. Вы спасли принца, Симеон по справедливости покарал Мааса. Однако пора это остановить. Дайте Леккану один сезон – один год – на то, чтобы вырвать последние корни заговора в Астерилхолде, и там тоже свершится справедливость. Но если подойти к границе с войском, безрассудство нескольких людей станет трагедией для тысяч. Без всякой причины.

Гедер рассеянно грыз ноготь. Искренность Эшфорда подкупала, но что-то Гедеру не нравилось. Он попытался заговорить и тут же умолк.

— В обоих наших королевских дворах есть гниль, – продолжал Эшфорд. – Вы свою уничтожили. И я прошу время, чтобы поступить так же.

— Маас хотел слияния, – сказал Гедер. – Был план объединить королевства.

— Маас хотел власти и в оправдание сочинял любые небылицы. Если бы Леккан узнал о заговоре, он бы положил всему конец в тот же миг.

Гедер нахмурился.

— Ваш король не знал? – Тон, к его досаде, вышел по-детски недовольным.

Посол взглянул ему прямо в глаза. Лицо было сосредоточенным. Серьезным.