Пробуждение чёрного дракона - Евгений Фронтикович Гаглоев Страница 25

— Ну, – горько вздохнул Пима. – Сейчас уже поздно об этом жалеть. Да и мы никогда не отличались особым благоразумием. Думаю, они меня поймут и простят. Главное – отыскать моих друзей!

— И не сгинуть по дороге, – хмыкнул Эдвин.

Над лесом медленно вставало солнце. Темные стволы деревьев, поросшие густым изумрудно-зеленым мхом, окутывал густой утренний туман.

Эдвин снял с головы капюшон, и Пима только сейчас разглядел его как следует. У мужчины было узкое лицо, зеленые глаза и черные волосы до плеч, отливающие зеленым в лучах утреннего солнца. Кожа Эдвина была смуглой, словно он много времени проводил на свежем воздухе. Выглядел он лет на двадцать пять, не больше.

— А ты, значит, тоже из лесного народа? – спросил Пима, с опаской разглядывая своего хмурого спутника.

— Разве это не очевидно? – невесело усмехнулся Эдвин и откинул с ушей длинные темные волосы.

Уши были остроконечные, как у Триша.

— Ого! – присвистнул Пима. – Как же так вышло, что ты сейчас здесь? Я много слышал о леших от нашего непутевого учителя истории, но никогда не видел никого из вашей братии. Кроме Триша, конечно. Мы всегда считали, что лесной народ обитает где-то очень далеко и никогда не появляется на чужой территории…

— Всегда так и было, но во время гражданской войны случилось слишком много плохого, – вздохнул Эдвин. – Родители теряли детей. Дети теряли родителей. Мы, лесной народ, всегда уважали и чтили родственные связи, поэтому у нас не принято бросать сородичей в беде. И ты прав, лесной народ никогда не вмешивается в дела других, но в ту нелегкую пору никто не остался в стороне. Когда Всевелдор Первый пытался захватить власть, вся Империя полыхала в огне… Мой старший брат и его жена погибли, как и многие другие… Это произошло вдали от земель лесного народа. Много позже я узнал, что незадолго до смерти у них родился ребенок. Это произошло поблизости от местечка под названием Белая Грива. Когда родители погибли, мальчик попал в единственный сиротский приют в тех краях. И вот я приехал в Белую Гриву, чтобы навести справки о племяннике, и узнал вашу захватывающую историю, Пигмалион. Разрушительница заклятий, маленький изобретатель, остроухий парень из лесного народа и говорящий кот… Вот так компания! Вы наделали много шума. О вас в Белой Гриве теперь легенды слагают.

— Правда? – оживился Пима. – А ведь когда-то и знать нас не желали! Так и норовили отлупить, особенно когда мы воровали у местных жителей огурцы.

— Но теперь вы стали настоящими знаменитостями. Всем жителям Империи известно, какую роль в свержении Всевелдора Первого и его подручной эсселитской ведьмы Лионеллы сыграли трое приютских воспитанников и говорящий кот.

— Как дела в нашем приюте? – спросил Пима. Он дружил со многими ребятами, и ему было интересно, как они поживают.

— В этом заведении произошли большие перемены. Сменилось начальство, – подумав, сообщил Эдвин. – Говорят, прислали нового коменданта из самой столицы, чтобы навел порядок после того, что там устроили прежние начальнички. Воспитанники, судя по их виду, довольны происходящим. О старой комендантше ни слуху ни духу. Правда, кто-то из местных жителей сказал мне, что она со своим мужем подалась в бега и сколотила пиратскую команду. Плавают где-то далеко за пределами королевства. Сама она – капитан, а муж – ее старший помощник на корабле.