Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Гончарова Страница 261

— До этого мы и сами додумались, – огрызнулся Глеб. – Но соседи – на нуле.

— То есть?

— Им как кто-то глаза отвел.

— Черт!

Если бы их морочили, наслали что-нибудь…

Им просто отвели глаза. И они смотрели куда угодно, но не на Настину спутницу. Кстати…

— А мог это быть парень? Сейчас же мода – унисекс. Штаны, майки, волосы можно собрать в хвост или напялить парик, под майку надеть лифчик – и готово. Особенно если эта тварь умеет глаза отводить…

Оборотни на миг замерли.

— Могло быть и так, – признал Леонид. – Но нам от этого не легче. Будем опрашивать таксистов, прохожих, продавцов… Не могла же эта тварь всем голову заморочить?!

Я покачала головой. Могла, не могла…

Сколько эта неизвестная тварь силы из того же Альфонсо выпила – ей силы хватит, чтобы Кремль насквозь пройти. Не знаю, даст ли что-либо опрос…

— Юля, а ты никак не можешь почувствовать Настю? На ней же твое заклинание, – робко спросил Валентин.

Я покачала головой.

— Увы. Город. Люди. Меня радует только одно. Судя по всему, все жертвоприношения были сделаны вечером. На закате, сразу после заката. Время еще есть. Так что ищите.

— А ты чем займешься? – поинтересовался Валентин.

— А я буду думать.

* * *

Пока все метались по квартире, я схватила за руку Шарля, утащила его на кухню – и уселась за стол. Взяла фотографии с места происшествия с Лавриком. С Альфонсо. И так же принялась перерисовывать на бумагу круг, треугольник и порезы. Вышло очень неплохо. А вот дальше-то что?! Я разложила три листа перед собой – и уставилась на них, как овца на своего барана. Ждать то ли озарения, то ли копытом под хвост.

— Ты здесь что-нибудь знакомое найти можешь?

— Нет, – пожал плечами полудракон. – Противные эти рисунки. Гадкие. И голова от них кружится.

Я тоже не могла найти ничего нового.

Три треугольника. Круги. Непонятные символы, выглядящие, как обрывки линий.

Зачем?!

Это – призыв?!

Но чего? Если что-то приходит, то где символы, призванные удержать сущность внутри нарисованного треугольника?! И вообще, почему именно треугольник?! Не проще ли взять пентаграмму? Надежнее – точно. Настолько-то я разбираюсь во всей этой демонологии!

Эти линии и черточки НЕ МОГУТ никого удержать.

А что они могут?

Зачем они нужны?!

Если сила людей выпивалась из их сердец, зачем все эти рисунки?!

Я крутила их так и этак, пытаясь найти хоть что-нибудь.

Куда там! Не с моими тупыми мозгами!

Шарль рядом проделывал то же самое.

— Не могу понять, – признался он. – Что-то крутится. Но вот что?! Как перо в воздухе – вьется, а в руки не дается!

В кухню заглянул Леонид.

— Что? – вскинулась я.

— Пока по нулям. А у тебя?

— Черт! – выругалась я, швыряя листки на стол. – У меня ничем не лучше.

И замерла.

Прозрачная калька умудрилась спикировать на другой лист. Накрыла его – и два угла треугольника соединились. А если – три?! У треугольника три стороны. И могут все три быть друг дружке равны. А могут…

Как убийства лягут на карту города?!

— Шарль!

Я посмотрела на треугольник. На Шарля.

На Валентина. На треугольник.

На Леонида. На Константина. И опять на рисунок передо мной. И заорала дурниной.

— Немедленно найдите мне бумажную карту города!!!

Карта легла ко мне на стол через пятнадцать минут. И мы принялись отмечать точки, в которых нашли мертвые тела.