Ключ Гидеона - Александра Торн Страница 29

— Вы пустили внутрь ЖЕНЩИНУ?! – задохнулся бен Авнир.

Глаза Дианы яростно сверкнули, и она процедила:

— Не волнуйтесь, я находилась исключительно снаружи. А теперь обсудим вопрос оплаты.

— Какой еще оплаты? Вы вторглись в наш дихаб, нарушили его покой, навязывали ваши никчемные услуги…

— Вот-вот, давайте-ка пройдемся по списку всех оказанных вам услуг.

— Но я вас об этом не просил!

Элио выдохнул сквозь зубы. Этот человек уже стал его утомлять.

— Мы можем вернуть нежить обратно, – холодно произнес юноша. – Если вам ее так не достает.

— Если вы не выдумали это все, чтобы ограбить меня… мой… наш дихаб!

— Ну в самом деле, Элех, – сказал бен Тамир, появляясь на крыльце; в руках у него была очень длинная тонкая трубка с янтарным мундштуком. – Жадность – есть грех, и она никого не красит. Оплати их труд, и будем в расчете.

— Какой еще труд? Эти мошенники…

— Я сам все видел, – произнес наставник. – Своими глазами.

— Ну знаешь ли, твоим глазам уже семьдесят семь, так что вряд ли можно доверять всему, что они видят.

— А им, – бен Тамир указал трубкой на светящиеся над ними окна, – им и их более юным глазам ты доверяешь?

— Итак, вернемся к перечню услуг, – сказала Диана. – Начнем с выявления проблемы.

— Ваш коллега, вот этот, – тигут ткнул пальцем в Уикхема, – уверил меня, что это бесплатно!

— Да? – задумчиво произнесла девушка, смерив брата пронизывающим взором. – Интересно, с чего бы это.

— Ну Диана! – умоляюще воскликнул оборотень. – Я говорил только про подготовку!

— Идемте, – тихонько позвал секретаря Бюро бен Тамир. – Борьба одной жадности с другой – это увлекательное зрелище, но у меня есть для вас кое-что.

Элио последовал за старичком, который попыхивал трубкой, набитой табаком и смесью каких-то трав. У двери на крыльцо учитель оставил палочку, с помощью которой принялся весьма бодро карабкаться по лестнице. Элио поспешил предложить ему руку.

— Ах, не стоит, не стоит, это всего лишь старость. Не только глаза выходят из строя, но еще и колени, – добродушно сказал бен Тамир. – Прошу, входите. У меня есть чай.

Комната наставника была куда просторней, чем комната ученика – здесь даже нашлось место небольшой печке с чайником, над которой сушились пучки трав. Бен Тамир опустился в кресло, взял со столика папку и протянул ее юноше.

— Как мы и договаривались. Это личное дело Арье, которое завели, когда он поступил на учебу.

— Спасибо! Я сниму копии…

— Можете забрать, – старичок пыхнул трубкой. – В свете всего происходящего, я не думаю, что нам стоит хранить это у себя.

— А вы общались с ним? – спросил Элио, прижав к груди ценную папку.

— Да. Хотя я и был старше его на три года, он учился так успешно, что опережал своих сверстников. И с ним всегда было о чем поговорить, хотя, признаюсь, его интересы несколько меня пугали.

— Он хотел изучать Бар Мирац?

Яркие глаза бен Тамира блеснули.

— Он не просто хотел, но и нашел способ начать изучение. Ему пришлось заниматься этим втайне, поскольку это учение среди нас официально не одобряется. Тем не менее он неплохо продвинулся в изучении знаков к моменту окончания дихаба.

— А вы знаете, куда он уехал?

— В Эсмерану. Он не захотел возвращаться домой, к тому же в ту пору у нас здесь снова обострились гонения, так что многие разъехались кто куда. Не осуждайте нашего тигута слишком сильно, – добавил бен Тамир. – Он старается предохранить дихаб от бед.