Тень среди лета. Предательство среди зимы - Дэниел Абрахам Страница 292

— Но не стоило жульничать со мной, когда играли в кости. Это было глупо.

Он перешагнул через труп и обратился к вознице:

— Готово?

Что ответил возница, Ота разобрать не смог.

— Хорошо, – сказал командир и, вернувшись к Оте, бесцеремонно перевернул его обратно на живот.

Ота почувствовал, что путы на ногах и руках ослабли.

— Мои извинения, Ота-тя, – сказал командир. – Зато из всего этого вы можете извлечь полезный урок: если кто-то подкупил капитана наемников, это не значит, что его лейтенанты перестали продавать свои услуги. А теперь мне понадобится ваша одежда, вся какая есть.

Ота стянул с головы ремешок, вытащил изо рта мокрый тряпичный ком и громко срыгнул. Прежде чем он успел хоть что-то сказать, командир вылез из фургона, и пришлось последовать за ним.

Фургон стоял у реки на окруженной белыми дубами поляне. Мост был таким старым и трухлявым, что не каждый бы решился по нему проехать на запряженной парой лошадей повозке.

Из-за деревьев навстречу вышли шестеро в серых одеждах, вооруженные охотничьими луками. Двое волокли утыканное стрелами тело воина, которого командир в нужный момент отправил «на разведку». Еще двое несли на носилках абсолютно голый труп тощего мужчины.

Командир принял позу приветствия, первый из лучников изобразил ответную. Ота, растирая запястья, направился к ним. Все лучники улыбались с довольным видом. Приблизившись к носилкам, Ота увидел на груди тощего сложную, выполненную черными чернилами татуировку. Это была первая половина брачной татуировки, которую делают мужчинам на Восточных островах. В точности такая же, как у него на груди.

— Вот для чего нам нужна ваша одежда, Ота-тя, – сказал командир. – Этому бедолаге предстоит еще долго плыть до главного русла реки. И чем больше он будет на вас похож сейчас, тем меньше к нему будут приглядываться, когда выловят. Я подыщу для вас одежду, а вы пока можете потереться губкой у этой речушки. Без обид, но вы давненько не мылись.

— Кто он? – спросил Ота.

Командир пожал плечами:

— Теперь никто.

И двинулся обратно к фургону, по пути хлопнув Оту по плечу.

Лучники тем временем затаскивали мертвецов в речку. Стрелы торчали из воды, как тростник. Теперь от повозки к реке шел, заткнув за пояс большие пальцы, возница. У него были длинные лохматые волосы и густая с проседью борода.

Подойдя к Оте, возница принял позу радушного приветствия.

— Ничего не понимаю, – сказал Ота. – Что происходит?

— Мы тоже не понимаем, Итани-тя. То есть ясно одно: происходит что-то очень и очень плохое, – ответил возница.

У Оты даже челюсть отвисла – у возницы был голос Амиита Фосса, его распорядителя из Дома Сиянти.

Амиит хмыкнул в бороду:

— Но мы уверены, что с тобой сейчас ничего такого не происходит.

9

Проснувшись, Идаан еще несколько вздохов пролежала на постели, словно только появилась на свет. Не понимала, кто она и где находится, ничего не помнила о прошлой ночи и не представляла, что ей уготовил день предстоящий.

В этой ее жизни были одни только ощущения: теплое тело рядом, свежее и мягкое постельное белье, тонкий сетчатый полог в лучах раннего утреннего солнца, запах черного чая, который принесла в комнату ступающая беззвучно, словно кошка, служанка.

Идаан села, блаженно улыбаясь… и тут на нее, словно потоки черной воды, нахлынули воспоминания.