Зачарованные крылья - Нелли Мёле Страница 31

— А что стряслось?

Я-то, конечно, сразу поняла, о чём говорит Гитта, но промолчала.

— Весь каштан внезапно осадили птицы, – сказала Гитта, кивнув на ветви дерева над нами. – Но воробьёв, синиц и голубей среди них не было. По какой-то причине сюда прилетели водоплавающие птицы из местных пойм – так, по крайней мере, написали во вчерашней газете.

Мама вытаращила глаза. Мы не были подписаны ни на одну газету, потому что Гитта и так всегда держала нас в курсе всех новостей. Но в тот момент мне бы очень хотелось, чтобы мама Мерле хоть чего-то не знала.

— Галдёж стоял невообразимый – ну и, разумеется, вся дорожка под каштаном была загажена птицами, – продолжала Гитта. – Одна старушка чуть не поскользнулась. А двое водителей отвлеклись на птичью стаю – и врезались друг в друга. Кайя, неужели и ты этого не видела?

Я отчаянно замотала головой, и мама пристально посмотрела на меня.

— Это действительно странно, – сказала она.

— Точнее, я вроде слышала какой-то шум снаружи, – запинаясь ответила я. – Но я была в ванной и ни о чём таком даже не подумала, – я почувствовала, как внутри меня поднимается предательский жар, и поспешно вскочила: – Ладно, мы с Мерле сейчас пойдём в мою комнату! Нам ещё нужно кое-что подготовить к школе.

Мерле ещё какое-то время повозилась с десертом, но потом, жуя, выбралась из-за стола.

— Я просто хотела доесть вафлю, – виновато пояснила она.

— Всё нормально! – заверила я. – А мне нужно было уйти от мамы. Она сейчас наверняка зацепится за эту историю с птицами, вот увидишь, и догадается, что они оказались здесь из-за меня, – я вздохнула и обхватила голову руками. Что, если мама потом захочет поговорить об этом?

— Да брось, – махнула рукой Мерле. – Твоя отмазка, что ты была в ванной и поэтому ничего не слышала, просто гениальная. Стой на своём – и всё будет хорошо.

Мерле удобно расположилась у меня на кровати, прислонившись к стене, и, скрестив ноги по-турецки, пристроила на них свой ноутбук:

— А теперь я покажу, что мне удалось выяснить. Сразу плохая новость: о твоём отце я пока ничего не узнала. И о том круглом знаке, который показывала тебе Хранительница, тоже. Поэтому перейдём сразу к Феа Бах, – её пальцы быстро-быстро забегали по клавиатуре. Я села рядом с ней и уставилась на монитор.

— Вот! – воскликнула Мерле. – Мило, правда?

На одной фотографии был изображён стоящий прямо у ручья или у узкой речки старый фахверковый дом, окружённый зелёным деревянным забором. Чуть дальше виднелось вытянутое плоское здание. Над входной дверью висела написанная красивым шрифтом вывеска в виде рыбы «Таверна “Уручья”».

— В этом длинном здании когда-то был ресторан, где подавали в основном форель, – объяснила Мерле. – Но он уже несколько лет закрыт: владелец уже очень стар, а его сын не захотел брать на себя управление таверной. – Мерле прокрутила ленту вниз, и на экране появилась новая фотография.

— Мерле, ты чудо! – воскликнула я, увидев старика и рыжеволосую девчушку рядом с ним.

Это была Феа. Хотя на фотографии она была явно младше, я сразу её узнала – длинные рыжие волосы почти до бёдер и уверенная улыбка на камеру.

— Это внучка бывшего владельца ресторана Курта Баха, – гордо сказала Мерле. – Насколько я поняла, все они живут в этом маленьком домике недалеко от бывшей таверны.