Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь Страница 321

— Я почти уверена, что помню, как твой Ирвикува разорвал меня на куски, чтобы вернуть к тебе.

— Они могут быть немного грубыми, особенно учитывая, как яростно ты сражаешься, но те, кого ты не убила, умерли, когда вернулись ко мне. Я никогда не хотел твоей смерти, что бы ты ни думала. Я хотел, чтобы ты была со мной вечно.

— Жаль тебя разочаровывать, но этого никогда не случится, и я никуда с тобой не пойду. Я лучше умру, – я попыталась укусить руку, которая была так близко ко мне, но ничего не вышло.

Он улыбнулся моей попытке и поднял кинжал. Рукоять светилась магией, а само лезвие дразнило меня.

Каден повернул клинок.

— Знаешь, твой отец помогал мне его ковать, правда, у него не было выбора. После всего, что она заставила меня забрать у тебя, я знал, что ты меня возненавидишь.

Я молчала, и мое сердце болезненно сжималось.

Исайя похлопал брата по плечу.

— Каден всегда был умнее меня. Он всегда был на десять шагов впереди. Даже Мере это известно. Один маленький укол этим кинжалом, и, когда ты очнешься, все твои чувства и любовь к Самкиэлю исчезнут. Они перейдут к моему брату.

Под моей кожей вспыхнул жар, Иг'Моррутен бился и рвался на свободу. Потребность защитить свою половинку была почти непреодолимой.

— Нет.

Каден кивнул.

— Я никогда не переставал любить тебя, Дианна. Мне просто нужно избавиться от всего этого гнева. Ты снова будешь моей, и на этот раз навсегда.

Меня охватил ужас от того, что они собирались сде– лать.

— Нет. Я лучше умру, чем позволю тебе снова прикоснуться ко мне.

— Я бы никогда не позволил тебе умереть, Дианна, и обещаю, что буду оберегать тебя.

Мышцы на моих руках, ногах и во всем теле болели, пока я пыталась взять себя в руки. На лбу выступил пот. Я не позволю ему забрать меня.

Каден поднял руку, и лезвие проложило путь к моему сердцу, угрожая вырвать из него ту любовь, которую я хранила. Он угрожал забрать у меня единственного человека, который бросил вызов самой природе, чтобы помочь мне, любить меня, защищать меня. Что-то во мне сломалось. В моей крови бушевал огонь, и на мгновение я почувствовала его в своих глазах. Обжигающе горячее пламя струилось из моего сердца и с каждым ударом охватывало все бо́льшую часть моего тела. Отблеск ярко-оранжевого пламени заплясал на моих руках, и мужчина из моих снов, тот, что сидел на троне из кости, встал. Его оранжевые глаза засияли ярче, а широкая улыбка обнажила острые белые зубы.

— Наконец-то, – его голос проник в мой мозг, как расплавленная сталь.

Я рванулась вперед и схватила Кадена за запястье. Исайя отшатнулся, его рот открылся от удивления, когда я вырвалась из его хватки. Белки глаз Кадена заблестели, когда я с легкостью подняла лезвие в нескольких сантиметрах от себя. На моих пальцах вспыхнул огненный след, и Каден зашипел, как будто его обожгло.

— Никогда, – это был мой голос, но более низкий, грубый и злой.

Исайя накрыл руки Кадена. Я попыталась встать, но, казалось, свободна была только верхняя часть моего тела. Этого было бы достаточно. Они кряхтели, пытаясь вонзить в меня кинжал.

Я держалась изо всех сил. Пламя на моих руках вспыхнуло, а затем погасло. Я стиснула зубы, по лицу стекал пот, обжигая бесчисленные порезы. Огонь вспыхнул, горячий и интенсивный, но затем снова погас, и вокруг пальцев заклубился дым. Меня так быстро накрыла волна тошноты, что я чуть не согнулась пополам.