Великая Библиотека - Анастасия Шелест Страница 33

Берт вскакивает, решительно тряхнув кудрями, и выпаливает:

— Если исключите Теодору, то я уйду вместе с ней.

— И я, – спешно заявляет Лора, тоже поднимаясь.

Тревога разрастается, путая и заслоняя собой остальные мысли. То ли боясь услышать то же самое от Эрика, то ли испугавшись, что он промолчит, я всплескиваю руками и спешно выдыхаю:

— О, да к пегасам. Не утруждайтесь. Я сама уйду. Хватит с меня.

Все внутри противится и бунтует против слетевшей с языка угрозы. Куда мне идти? Что делать? Разве можно оставить Академию, когда все привычное вокруг рушится и рассыпается? Как я могу отвернуться от того, что было всей жизнью моего отца?

Плевать. Если они считают, что так будет лучше, нужно подчиниться. Порой вовремя отойти в сторону – единственное верное решение.

Господин Йенсен окидывает меня презрительным взглядом, который не оставляет и следа от моей решимости, и с наслаждением протягивает:

— Не так просто, милочка. Процедура исключения не из приятных. Вас отлучат от Академии, лишив магии, и только тогда позволят уйти.

Пульсирующая тревога усиливается. Ладони покалывает, и пальцы немеют. Я сжимаю их в кулаки, пытаясь спрятать дрожь.

С чего это? Разве можно отнимать то, что дал кто-то другой? Я не собираюсь просто идти у них на поводу.

— Попробуйте. – Пустая угроза слетает с губ, и я с вызовом вскидываю подбородок, хотя прекрасно понимаю, что у меня нет ни малейшего шанса.

Даже в лучшие времена глупо рассчитывать победить весь оставшийся Совет в одиночку, а сейчас усталость и злость отнимают любые крошечные шансы. Берт подшагивает ко мне – его грудь упирается в мое плечо. Лора сжимает кулаки и возмущенно щурится.

Их поддержка бесценна, но даже так нам не справиться. К тому же я не прощу себя, если им придется вступить в этот конфликт.

Глаза господина Йенсена поблескивают. Он словно только этого и ждал. Еще пара мгновений, и пути назад не будет. Самое время извиниться и смиренно признать поражение хотя бы ради друзей. Я набираю в грудь побольше воздуха, но быстрое движение справа сбивает с мысли.

Эрик встает рядом, и спокойный размеренный голос оглаживает мое сознание.

— Простите, но на каком основании вы принимаете решение об исключении, господин Йенсен?

Хочется зажмуриться и исчезнуть. Я боюсь даже представлять, какая битва сейчас бушует внутри Эрика. Бесконечно верный Академии, беспрекословно подчиняющийся правилам, он и этот-то вопрос наверняка едва из себя выдавил.

Господин Йенсен уязвленно морщится. Я бы даже поверила, что вопрос Эрика пробился к здравому смыслу, но высокомерный ответ рушит надежду:

— Я – временно исполняющий обязанности Главы Академии, ваш Верховный Книгоходец.

Ну вот и все. Так просто. Я только что потеряла поддержку в лице Эрика. Имеет ли смысл эта выматывающая борьба? Чего я добьюсь? Испорчу жизнь Берту и Лоре и все равно проиграю.

Мои кисти начинают подниматься ладонями вперед, но резкий рывок опускает их обратно. Эрик отдергивает руку и как ни в чем не бывало вдумчиво кивает.

— Вот именно – временно исполняющий обязанности. По всем законам наша следующая Глава – Теодора. Она должна стать Верховным Книгоходцем. Таковы традиции.

Глоток воздуха встает поперек горла. Пальцы немеют. Это что еще за новости? Я поняла. Этот адский день меня доконал – начались галлюцинации. Как иначе объяснить эту чушь?