Диагноз - Анюта Соколова Страница 33

— Обойдутся, — скривился Астер.

— Кому неймётся в такую рань? — удивилась Агнес.

Телефон не умолкал. Гюстав поднялся со вздохом.

— Если не помер кто-то из важных шишек, меня нет, — предупредил некромант.

— Весь Сентар в курсе твоего расписания, — возразил Гюстав.

— Ну и что? У меня есть личная жизнь! Может, я заночевал не дома!

— Очень смешно.

Жиль быстро дожевал омлет и залпом выпил чай. Глядя на него, я тоже ускорилась. Когда Гюстав вернулся, моя тарелка опустела.

— Накаркал. Звонила секретарша господина Гобéра. Госсекретарь найден мёртвым в своей постели. Тебя встретят.

— Не поеду, — зло бросил Астер.

— Поедешь, — Гюстав сел на своё место. — Личные счёты — это личные счёты, Тери, а работа — это работа.

Хорошее настроение некроманта улетучилось без следа. Свёрнутым блинчиком он сердито развозил варенье по блюдцу и угрюмо молчал. Первым поднялся Жиль:

— Кабриолет или лимузин, Астер?

— Без разницы, — процедил некромант.

Следующей встала я, поблагодарила Агнес и помчалась переодеваться. Выбрала чёрный костюм, оставшийся с похорон родителей, волосы закрутила в узел. Всё же госсекретарь, не ресторатор какой-нибудь, надо соответствовать. Спустилась в холл и оглядела себя в большом зеркале. Чего я не ожидала — что Астер, напротив, оденется вызывающе ярко. Никаких костюмов — узкие тёмно-синие брюки, голубая рубашка и светлый пиджак.

— Куда это вы так вырядились? — холодно спросил он.

— Вам тоже следует переодеться, — я перегородила дорогу. — Понятия не имею, что у вас произошло с госсекретарём, но ваш вид — вызов всему правительству сразу. Так нельзя, Астер.

— Любопытно, как вы заставите меня сменить одежду?

— Я вас просто не выпущу в таком виде, — спиной я привалилась к двери и скрестила руки на груди. — Вы же не посмеете оттаскивать меня силой?

— Ещё как посмею! — Астер подступил вплотную. — Не забывайтесь! Вы — наёмная служащая, которая делает то, что я приказываю!

— Чёрта лысого, — ухмыльнулась я. — Пункт пятьдесят четыре договора. «В случаях, когда приказы работодателя противоречат его же выгоде, работник обязан руководствоваться исключительно благом работодателя». Переоденьтесь, пожалуйста.

В голове крутились иные строчки. «Всегда и во всех ситуациях Якорь должен быть на стороне некроманта. Даже если это идёт вразрез с желаниями самого некроманта, которые могут быть вредны для него или опасны».

— Гюстава придушить мало! — Астер пнул дверь, развернулся и начал подниматься по лестнице. — Для кого он, спрашивается, составил договор?!

Некромант вернулся через пару минут, в строгой чёрной паре, чёрной сорочке и чёрном галстуке, и рыкнул:

— Довольны?!

— Вы отлично выглядите, — я освободила проход. — Любой гробовщик заплачет от зависти.

— Ещё слово — и я никуда не поеду!

Показательно сомкнув губы, я показала жестом: «рот на замок». Астер фыркнул и пошёл вперёд. Лимузин уже ждал напротив входа, Жиль распахнул дверь. Он не спросил адреса, что уже говорило о многом. Я смотрела в окошко. Опять проплыл мимо цирк, нарисовались шпили Университета, блеснула золотом венценосная голова статуи Революции, затем улица вильнула, и мы выехали на набережную. Лирна даже в солнечный день отливала свинцом, узкие полосы тротуаров переходили в гранитные парапеты. Два льва, катающие лапами шары, охраняли спуск напротив бывшей Коллегии, за ними начинались старинные каменные дома с портиками и колоннами.