Сердце и порох - Э. Б. Голден Страница 36

— Все в порядке будет, – пообещал Жак, неубедительно щуря глаза под стеклами круглых очков.

Бреган бросил взгляд через плечо. До офисного здания, где засели медики реформистов, оставалось всего несколько метров.

— Залатаем тебя, и делов-то, – сказал он, мысленно надеясь, что Шури еще не внутри.

Они должны были встретиться с ней там перед наступлением на тюрьму, но она бы сошла с ума, увидев Сидда в таком состоянии.

Если она, конечно, вообще явится. В начале вечера ее не было в порту, где ей приказано было быть. Она была в храме.

Дверь медпункта распахнулась, и стоящий на страже мальчишка отпрыгнул в сторону, пропуская их внутрь. В воздухе висел отвратительный запах телесных жидкостей вперемешку с криками боли и громкими приказами.

— Сюда! – Кто-то указал им на свободный участок на полу.

Они уложили Сидда, и Бреган стал стаскивать с него куртку.

— Ты не забудь, тебе еще завтра… – Он замер.

Пуля не прошла вскользь.

Бреган моргнул, и коричневая рубашка Сидда вдруг превратилась в желтую рубаху его двоюродного брата, и красное пятно под сердцем становилось все больше, стекало на пол…

Сидд пошевелился, выдергивая Брегана из воспоминания, и он поймал парня за подбородок, не давая ему взглянуть на страшную рану.

— Тебе еще завтра Сеорсуса играть, – сказал Бреган. – Потому что я эту проклятую роль ненавижу, а если ты не сможешь, то Мезуя заставит меня. – Каким-то чудом его голос не надломился ни разу.

Сидд попытался рассмеяться:

— Да она бы никогда тебе эту роль не доверила.

— Ой, да иди ты.

Рядом появилась медсестра с белой повязкой на рукаве.

— Надо достать пулю, – заявила она, жестом показывая другому медику прижать мужчину к полу.

Бреган перекатился на корточки, и Сидд опять застонал. Он был с реформистами меньше года, но дружба крепнет невероятно быстро, когда вы сражаетесь бок о бок во имя свободы. Несколько недель назад Сидд даже присоединился к «Игрокам» в качестве актера.

Даже когда Брегану казалось, что ему больше нечего и некого терять, ставы находили способ отнять у него еще больше.

От этой мысли железный занавес, за которым он закрыл свое прошлое, приоткрылся, и из-за него выглянула Фирин. Вдавив кулаки в зажмуренные глаза, он приказал ей убираться.

Фирин погибла в Кровавый Пятдень, как и все остальные.

Четыре года назад ставы накрыли «Игроков» во время постановки «Мести Скарнти». Хлынули в зрительский зал с оружием наготове и разбили все движение реформистов вдребезги. С десяток человек погибло. Множество десятков были ранены, арестованы или попросту исчезли. Пятеро из лидеров движения, включая отца Брегана, были заперты в тюрьме строгого режима.

Бреган больше никогда не видел Фирин.

С тех пор он ушел в подполье вместе с остальными повстанцами. Четыре года они втайне восстанавливали движение заново. Месяц назад они наконец-то смогли заручиться заморской поддержкой, необходимой для успешного переворота. Если и это не сработает, то других вариантов Бреган больше не видел.

С болезненным ощущением зашиваемой по живому раны он прогнал от себя мысли о Фирин. Ему нужно было добраться до тюрьмы, пока ставы не решили убить его па и других лидеров старого движения из чистой мести. Ободряюще сжав руку Сидда, он поднялся и пошел на выход.

Жак последовал за ним, вытряхивая пепел из коротких и тугих темных кудрей.