Восхождение рейнджера - Филип К. Квантрелл Страница 37

Натаниэль посмотрел в огонь, представив эту стычку. Ему хотелось расспросить рейнджера подробнее, но он чувствовал, что делиться тот не настроен.

— Ты, наверное, важная шишка в Западном Феллионе… – Эшер вгляделся в его лицо повнимательнее, кивнул, поняв. – А… нет, ты напоминание о том, что даже самые героические Серые плащи сбиваются с праведного пути.

— Что может убийца знать о праведном пути? – бросил Натаниэль.

— У аракешей тоже есть свой кодекс, – спокойно ответил Эшер. Почему-то Натаниэль не ожидал такого спокойствия. Он вообще не знал, чего от этого человека ожидать. – Дай угадаю, кроме этого Серые плащи о Полночи вообще ничего не знают?

— Мы многое о вас знаем. Вы сражаетесь двумя мечами, обычно короткими, как тот, что у тебя на спине. Главный у вас называется «Отец» или «Мать» в зависимости от того, какого он пола. Еще мы знаем, что вы можете видеть в темноте…

Натаниэль прикусил язык – снова сказал слишком много.

— Да ну? – Эшер ухмыльнулся так, что Натаниэлю ужасно захотелось ему врезать.

— А как иначе ты подстрелил бы оленя безлунной ночью?

Эшер перестал улыбаться и вернулся к еде.

— Хочешь взглянуть? – Носком сапога он подтолкнул к Натаниэлю складной лук. – Это единственное, что я забрал.

Натаниэль взглянул на алую тряпицу у его пояса и подумал, что старикан врет и забрал не только лук. Впрочем, раз это было оружие Полночи, значит, его использовали все аракеши. Почему не узнать о враге новое, раз есть такая возможность?

— Ну и как он работает? – с деланым равнодушием спросил Натаниэль.

Эшер передал ему лук, и рыцарь застыл, любуясь элегантностью оружия. Верхний и нижний края держались на шарнирах, управляемых сложной системой шестеренок, тетива шла через желобок в середине лука. Натаниэль щелкнул крючочком и вытянул руку, наблюдая, как раскрывается лук, как тетива скользит по желобу, натягиваясь.

— Невероятно… – прошептал он.

— Ты предпочитаешь луки, – сказал Эшер и в ответ на удивленный взгляд пояснил: – По рукам видно.

Натаниэль осмотрел свои ладони: и правда, очевидные следы от оружия. Однако он был впечатлен тем, что Эшер заметил такое.

— А ты любишь сражаться большим мечом. Редкость для аракеша. – Он кивнул на воткнутый в землю двуручник. Отсветы костра играли на шипастом яблоке-навершии.

— Больше подходит для нынешней работы. – Эшер помедлил. – Я ведь не аракеш больше.

— А имя у него есть?

Увидев улыбку Эшера, Натаниэль тут же пожалел, что спросил.

— У моего меча?

— Да. Мне казалось, вы, рейнджеры, такое любите: сочинять легенды вокруг своего оружия, – ответил Натаниэль как можно болеет небрежно.

Эшер усмехнулся себе под нос.

— Нет, у него нет имени. Просто меч. А тем, кто такой ерундой занимается, обычно от дамочек не перепадает.

Они переглянулись и рассмеялись. Элайт, крутившаяся во сне, сбросила одеяло, повернувшись к ним спиной. Натаниэль рад был бы злиться на Эшера за его прошлую жизнь, жизнь, посвященную убийствам, но искренность рейнджера обезоруживала. И говорил он связно, не как грубый бродяга с ворчливым голосом, и уж точно был умнее, чем… скиталец.

Натаниэль охотно принял из рук Эшера бутылку золотистого эля и только после первого глотка подумал, что эль, вообще-то, мог быть отравлен. Располагающая натура рейнджера тоже была, очевидно, его оружием.