Король старьевщиков - Кассандра Клэр Страница 4

Плоская сторона его учебного меча со звоном ударилась о меч Конора. Кел наступал, пользуясь преимуществом, но на этот раз Конор прыгнул в сторону и вскочил на один из тюков сена, разбросанных по чердаку и служивших препятствиями. Потом поднял левую руку – это был сигнал перерыва.

Кел опустил оружие и расправил плечи.

Конор провел рукой по взмокшим от пота темным волосам и нахмурился.

— Нам нужно почаще тренироваться, – заметил он. – Я едва помню, как держать меч. Слишком много вечеров провел за письменным столом, никакой физической активности, если не считать царапанья пером по бумаге. За последние месяцы я совсем потерял форму и превратился в пудинг, Келлиан.

— Насчет пудинга я бы поспорил, – возразил Кел.

Конор был подтянутым и сильным, как всегда. Несмотря на занятость, он плавал и почти каждый день выезжал на своей лошади, Асти. Кроме того, разве королева еще вчера или позавчера не сокрушалась насчет того, как сильно он исхудал? Если у него и были проблемы со здоровьем, то скорее из-за бессонницы и работы до поздней ночи.

Но Кел не собирался затрагивать этот вопрос. Конор выслушивал от Кела вещи, которых не потерпел бы ни от кого другого, но резкая перемена, происшедшая с принцем три месяца назад – его странное новое увлечение государственными делами, – не подлежала обсуждению даже для его Ловца Мечей. Кел догадывался, что принц не желал обсуждать это потому, что работа служила для него чем-то вроде наказания или искупления грехов, но это была всего лишь догадка. Да, ему оставалось только гадать. Конор отказывался говорить о своих чувствах, а Кел не настаивал.

— Разумеется, мы можем тренироваться чаще, если хочешь, – ответил он. – Присоединяйся к нам с Джоливетом. Я готов помочь тебе в любом предприятии, которое поможет тебе избежать превращения в пудинг.

Он поднял меч, давая понять, что перерыв окончен. Конор рассмеялся, спрыгнул с тюка сена, одновременно вращаясь, и нанес горизонтальный удар. Кел ответил выпадом сверху вниз, и клинки встретились с оглушительным звоном. Кел отскочил назад, на безопасное расстояние, но Конор не отставал.

Они практиковались в фехтовании так давно, что уже наизусть знали приемы друг друга: Конор был слишком безрассуден, Кел – слишком осторожен. Во время боя они чувствовали себя свободно и могли беззаботно болтать, одновременно атакуя и парируя удары, бросаясь на противника и делая ложные выпады.

— Как ты, готов? – спросил Кел. – Это будет первое совещание в Палате Солнечных Часов после… э-э, за последние три с лишним месяца.

Он едва успел сдержаться, чтобы не ляпнуть «после резни в Сияющей галерее». Несмотря на то что Конор не уклонялся от разговоров о нападении на Дворец и убийстве маленькой принцессы из Сарта, он не любил вспоминать о том дне. Ему до сих пор снились кошмары, и он просыпался с криками; Кел, который спал в одной комнате с принцем, потом долго лежал без сна, напряженно прислушиваясь к дыханию Конора. Только после того как принц засыпал, он мог закрыть глаза.

Защита, ответный удар. Конор проворно пригнулся, отпрянул. Его лицо оставалось непроницаемым.

— Кучка трусов, – бросил он. Он имел в виду владельцев хартий, одиннадцать самых влиятельных семей Кастеллана. – Половина из них, по-моему, уверены, что их всех перебьют в тот момент, когда они переступят порог Маривента.