Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь Страница 40

Я открыл глаза, выходя из транса. Меня снова окружили звуки животных, я чувствовал, как ветер танцует между деревьями. В это время Дианна выжимала мокрые волосы.

— Он безвреден. Ты это прекрасно знаешь. Меня привлекают только чересчур высокомерные боги, – сказала она, приближаясь ко мне.

— К счастью, – пошутил я, пряча за юмором нарастающую тревогу.

До Дианны ревность была мне незнакома, но, как и прежде, я ревновал ее к этому проклятому вампиру. Я хотел владеть всем ее временем, ее улыбкой, ее смехом и, прежде всего, ее секретами. Было что-то, чем она со мной не делилась, но я не хотел это выпытывать. Я желал, чтобы она доверяла мне, любила настолько, чтобы рассказывать мне все, делиться со мной всеми своими мыслями и мечтами. Я просто чертовски боялся об этом просить. Если это не происходит по доброй воле, можно ли считать наше чувство – настоящей любовью?

— Тем не менее между вами есть связь, – честно ответил я. – Судьба не слушает кого попало.

Дианна нахмурилась, и это было совсем не то, чего я хотел. Она села напротив и наклонилась вперед, мягко коснувшись губами моих губ, прежде чем отстраниться.

— Не такая связь, какую ты себе, вероятно, вообразил, но он мой друг.

Ревность утихла, когда она произнесла это слово. Моя Дианна потеряла так много друзей – кто-то умер, а кто-то предал. Я хотел, чтобы у нее были люди, которым она могла доверять и на которых могла опереться. Она заслуживала этого больше, чем кто-либо.

— Я знаю, – сказал я. – Прошу прощения. Думаю, иногда я веду себя иррационально, особенно когда речь о тебе. Ведь метка еще не сформировалась. Нет ничего, что демонстрировало бы другим, что ты моя.

— Я думала, что оставила на тебе достаточно меток. – Дианна хитро ухмыльнулась.

Я нежно сжал ее колено.

— Я не имею в виду твои укусы.

Эти игры воспламеняли меня. Она хватала зубами мою шею, руки или грудь – любую часть тела, до которой могла дотянуться. Некоторые поцелуи и касания, казалось, сводили Дианну с ума, и она оставляла целую дорожку из укусов и синяков на моей шее. Я очень скучал по этому чувству в то время, когда нам еще нельзя было заниматься любовью. Но как бы мне это ни нравилось, я все еще жаждал заполучить метку, которая насквозь прожжет мою кожу и никогда не исчезнет.

Нервно прикусив щеку, я откинулся назад, взглянув на свою голую руку.

— Ты знаешь, о чем я.

Девушка пристально посмотрела мне в глаза.

— Для этого так нужна метка?

— Нет, но разве тебя не беспокоит, что ее до сих пор нет?

Взгляд Дианны, как это часто бывало, упал на мой шрам.

— Мне не нужна метка, чтобы знать, что ты мой. Кроме того, может быть, мы неправильно провели ритуал? По сути, мы сделали все наоборот, и были времена, когда я относилась к тебе очень жестоко.

Я рассмеялся, покачав головой.

— Ты никогда не была жестокой.

Она пожала плечами.

— Многие с тобой не согласятся. Слушай, давай сперва подумаем о твоем исцелении, а потом о метке, ладно?

Я взглянул вниз, рассеянно коснувшись краев раны. Они не болели. Тем не менее поверхность раны все еще казалась свежей, даже несмотря на то, что кожа уже затянулась.

— Ладно.

— Как думаешь, их чай тебе помогает?

— Да. – Я опустил руки обратно на колени. – Это, без сомнения, эффективное обезболивающее. Моя теория заключается в том, что клинок должен был меня убить, но этого не случилось, и ценой стало мое нынешнее состояние.