По праву крови - Кирилл Малышев Страница 50

Ярополк замер, перестав болтать ногами на стуле.

— Как это? Сегодня ведь приехал только! – возмущённо воскликнул мальчик.

Олег не ответил.

— Мы же так ждали тебя! – На глаза парня навернулись слёзы. – Я так ждал тебя! Что приедешь, будешь заботиться о нас, обо мне!

— Это ненадолго, Ярополк. Два месяца, не дольше. – Старший брат сокрушенно покачал головой. – К сеченю, в крайнем случае к лютеню вернусь обратно в Радоград.

Парнишка пристально посмотрел в глаза мужчине и твёрдо сказал:

— Не едь.

— Почему?

— Сон мне плохой снился.

— Сон? Какой сон?

— Не скажу! Не едь и всё!

— Нельзя не ехать. Коли не поеду – что-нибудь плохое может случиться.

— Что, например?

— Да что угодно! Даже война.

Ярополк медленно сполз со стула и вплотную подошёл к брату. Олег поднял глаза, снова встретившись виноватым взглядом с мальчиком. Младший княжич был не по-детски серьёзным.

— Тогда я поеду с тобой.

Олег удивлённо вытаращил глаза.

— Куда?

— Ну куда ты едешь – туда и я.

— Ярополк, я в Ханатар еду. Ты хоть представляешь, где это?

— Да, где-то в Степи. Учитель рассказывал на уроках.

— Братец, юн ты ещё. Путь неблизкий, да и зима вот-вот настанет. – Олег покачал головой. – Кто ж мальчонку в такую дорогу возьмёт?

— Поеду! – Ярополк громко топнул ногой. – Тут совсем невыносимо! Мать из покоев не выходит, даже чтобы поругать. Она и не заметит, что меня нет! Димка тоже носа не кажет, всегда в комнате сидит. На двор ходить не велено! Тимофей Игоревич грозится высечь, коли ослушаюсь.

— Высечь? Тебя? – ошеломлённо спросил Олег, подняв брови.

— Да! Вот, погляди!

Ярополк, повернувшись спиной к брату, поднял рубаху. На его лопатках виднелись розовые, почти прошедшие, но ещё различимые тонкие и длинные следы от розг.

— Это тебя Тимофей лупил? – побелев от ярости, спросил Олег.

— Да, он и лупил! Мы с Иваськой на стену хотели полезть, над городской темницей которая. На Радонь поглядеть. А Ростислав тут как тут! Поймал и посаднику доложил. Вот он и наказал.

Старший брат на мгновение лишился дара речи. Лицо мужчины вспыхнуло. Первая мысль, пришедшая ему в голову, – немедленно вернуться и отсечь зарвавшемуся боярину голову. Лишь неимоверным усилием воли он сумел сдержаться.

— С-сука… – процедил он, сжимая кулаки. – Падаль. Княжича лупить вздумал? Ну, погоди… Вернусь – займусь тобой. На цепь, как пса, посажу!

Ярополк жалобно поглядел на брата.

— Один я тут, Олежа, понимаешь? Один! Только Захар заботится обо мне, да и он еле ходит уже! Раз не можешь остаться – значит, обязан взять меня! Слышишь, обязан! Ты же старший брат, должен заботиться обо мне!

Мальчик смотрел мужчине прямо в глаза – твёрдо, без колебаний. По веснушчатым щекам беззвучно катились слёзы.

Олег, сбитый с толку его напором и тем, во что превратилась жизнь в княжеских палатах, не находил, что сказать. Услышанное потрясло его, а сердце сжалось от сочувствия и бессильной злобы.

Старший княжич ошибся. Брат, стоявший перед ним, уже не был тем беззаботным ребёнком, каким Олег его помнил. Горе переполняло детскую душу – оно было во всём: во взгляде, в голосе, в каждом движении. Олег чувствовал его. Он будто на миг ощутил всю безысходность, в которой жил Ярополк последние месяцы. Безысходность, на которую он, Олег, обрёк его, уехав.