Любовь до гроба и после - Пальмира Керлис,Матильда Старр Страница 53

Бэллочка заворочалась, и это означало, что она полностью со мной согласна. Кстати, надо бы подобраться поближе и подслушать, о чем они говорят.

Раздвигая грудью мешающих пройти людей, я вдруг услышала шепелявый голосок:

— А мэр-то наш, похоже, дочку не любил. Небось, утворила перед смертью что, раз совсем разобиделся.

Знакомая мне парочка старушек-сплетниц! Не самый надежный источник информации, но все же игнорировать глас народа не следовало. Я остановилась и навострила уши.

— Чего это не любил? — удивилась вторая старушка.

Да-да, хороший вопрос. Очень любопытный.

— Того… В столицу ее отправил, потом в другое королевство, теперь в фамильный склеп не положил. — Первая махнула в сторону роскошной усыпальницы на противоположном конце кладбища. — Сделал могилку поодаль на пустом месте. Видать, сильно осерчал и после смерти не простил.

Хм, действительно. Бурдону и то было больше почестей, а он обычный горожанин, хоть и богач. У семейства Вестоверов вон какой просторный склеп, неужели для несчастной Мэгги не нашлось места? Если мэр вправду настолько зол на дочь, что даже после смерти наказывает, то при ее жизни, наверное, и вовсе был в ярости. Не слишком ли поспешно я исключила его из числа подозреваемых?

— Тю, скажешь тоже, — разочарованно протянула несогласная сплетница. — Бедняжку в подвале пришибли, под тяжелыми сводами. Он и решил, что хватит с нее. Похоронит на открытой местности, чтобы травушка на могилке росла, солнышко светило, дождик капал да птички пели.

— Это кому он такое сказал? — недовольно спросила ее подружка, не желая отказываться от своей версии.

— Так главному по кладбищу и сказал. Тот потом с моим стариком наливку пил, вот и поделился.

— Ну не знаю… Мало ли что спьяну наплести можно. А только факт: в склеп бедняжку не пустили.

Дальше их разговор как-то сам с собой переключился на наливку и перешел в спор, какая вкуснее:на рябине или на черной смородине. В общем, ничего интересного. Только подозреваемую из-за них упустила!

Как ни вглядывалась в толпу, Аноры с наставником не обнаружила. Зато увидела бледного и потерянного мэра, а рядом с ним Домру. Она приобнимала его, утешительно гладила по плечу, и он ничуть не сопротивлялся. Наоборот, прижимался щекой к ее необъятной груди. Помирились? Незаметно, что жених все еще к ней холоден.

Стоило мне так подумать, как откуда ни возьмись к ним подлетела Илария и, заливаясь слезами, повисла на шее начальника. Он заключил ее в ответные объятия, похлопывая по вздрагивающей спине. Домру оттеснило, и она наблюдала эту картину с таким отчаянием, что мое черное сердце, не ведающее жалости, предательски екнуло. Нет, надо поскорее найти убийцу! Где тут мои подозреваемые? Приготовьтесь, я иду…

Внезапно меня цапнули за руку, выдернув из толпы. Зейн! Вечно он появляется не вовремя и не к месту. Хотя… Я попыталась придумать ситуацию, в которой сокурсник был бы уместен, и не смогла. Он в принципе такой, абсолютно, сам по себе, вне зависимости от ситуации. Можно сказать, это его базовая характеристика. Вода — мокрая, лед — холодный, Зейн — неуместный.

Я задрала подбородок и процедила:

— И ты здесь…

— А то! Не мог пропустить такое веселье.

— Не наблюдаю ничего веселого.

— Угу, — заговорщицки подмигнул он. — Но это лишь оттого, что оно пока не началось.