Империя праха - Филип К. Квантрелл Страница 54

— Хранилище общее… у всех четырех домов… – Она даже не взглянула на мертвого любовника. – Оно в… в центре. Бордель – прикрытие… Все, что осталось, лежит там… но охраны в десять раз больше, чем у меня… – Она явно пыталась собрать остатки храбрости. – Если ты сейчас же уберешься… я, так и быть… забуду, что ты вообще приходил.

В комнату с мечами наголо вбежали еще пятеро стражников. Валанис резко развернулся и выпустил в них поток пламени, такой сильный, что за пару мгновений они почернели и сморщились, как древесная кора. Все это – под аккомпанемент криков госпожи Тригорн, вжавшейся в кровать.

Валанис медленно обернулся к ней.

— Не беспокойся. Этот день ты никогда не забудешь.

Лишь крик был ему ответом.

Часть 2

Глава 10. Скорбящий

Гидеон прогуливался по Драконьему пределу, наслаждаясь видами и ароматами оазиса. Как же ему хотелось, чтобы Эбигейл все это увидела! Она бы с ума сошла от того, что нашла дом драконов и даже может среди них пожить.

Рука Гидеона сама собой потянулась к волшебной палочке на бедре. К ее палочке. Ему хотелось кричать, плакать, избить само мироздание за то, что отняло у него Эбигейл… Но его окружало столько красоты и таинственности, что он почувствовал: он должен жить за нее.

Чье-то мелодичное пение вывело его из раздумий. Он свернул налево и вскоре, миновав рощицу и холмик, представлявший собой груду камней, засыпанную землей, набрел на очередное чудо Драконьего предела.

Адриэль, последний из драгорнов, пел дереву, и дерево росло прямо на глазах. Корни его вонзались глубоко в землю, ствол тянулся вверх, теряясь в густой кроне, шелестящей яркой молодой листвой.

Но вот Адриэль перестал петь, и оно замерло, лишь ветки покачивались на ветру. Эльф погладил кору и тепло улыбнулся, оглядывая свою работу.

— Как ты это сделал?

Улыбка Адриэля стала шире, но, вместо того чтобы обернуться, он принялся осматривать корни. Гидеон подошел ближе, осторожно коснулся дерева, проверяя, не иллюзия ли это.

— Эльфы испокон веков пели деревьям, – объяснил Адриэль. – Это наш врожденный дар, дар детей леса. Увы, я слышал, что мой народ оставил мирную лесную жизнь ради… войны. Галанор смог бы сотворить то же, что я сейчас, если б захотел, но его учили отнимать жизнь, а не давать.

Гидеон оглядел пни и поломанные стволы вокруг, оставшиеся после битвы других драконов с Маллиатом пару ночей назад. Выходит, Адриэль, как настоящий хранитель этого места, даже деревья лечил. Трава, цветы и нижние ветки тянулись к нему, куда бы он ни пошел, будто их манила какая-то невидимая сила. Лес любил Адриэля, и тот отвечал ему взаимностью.

— А где Галандавакс? – спросил Гидеон, надеясь увести разговор от Галанора.

— Присматривает за Маллиатом. – Адриэль взглянул на север.

Гидеон не сомневался, что он совершенно точно знает, где сейчас его старый друг.

— Мне стыдно… за то, что мой народ держал его взаперти.

Он старался не слишком об этом задумываться, но жить среди драконов и не чувствовать вину было невозможно.

— Это не ты нанес чары на его чешую. – Адриэль поманил его за собой вглубь кратера, мимо устроенного Маллиатом беспорядка. – Тебя нельзя винить за поступки твоих предков, равно как и хвалить за их достижения.

— А вот Маллиату наверняка так не кажется, – мрачно отозвался Гидеон.