Королевская кровь - Дэниел Абрахам Страница 56

Китрин обвела пальцем западное побережье. В Принсип-с’Аннальдэ нет филиала банка. Зато там родичи ее матери, чистокровной циннийки. Китрин о них знала лишь одно: когда ее, сироту-полукровку, хотели отдать им в семью, они отказали. Страдать из-за этого Китрин не собиралась – точно так же взрослый человек не вздумал бы страдать от отсутствия мизинца на ноге, если с рождения жил без него. Отказ родичей был для нее таким же фактом жизни, как цвет неба или ритм морского прибоя. Семья, кровные родичи живут вот здесь – Китрин постучала пальцем по карте, – но для нее смысла в этом не больше, чем если бы они сгорели в Ванайях.

А к северу оттуда – Нордкост. К западу от него Тонкое море и Наринландия, к востоку – Астерилхолд и имперская Антея. В Нордкосте находится центр банковской сети, которая затрагивает всю северную торговлю и простирает свою тень до теплых вод Внутреннего моря.

«Может, и будут доверять, если узнают тебя получше».

Что бы капитан ни говорил, банк ей доверять никогда не будет. Завоевать доверие владельцев – Китрин надеялась, что не только гипотетическое, – можно лишь одним способом: ее отчетами, отсылаемыми на север. Если бы там увидели, как она управляет филиалом, как соотносятся убытки и прибыль, как растет число контрактов, то владельцы поняли бы, как работает ее ум. Однако Китрин, связанная по рукам и ногам присутствием нотариуса, оказалась служанкой своей служанки, и способов освободиться не существовало.

Китрин страстно желала отослать Пыкк прочь. Если бы случилась какая-нибудь срочная нужда, важная необходимость присутствия в другом месте без ограничения количества средств в обороте – тогда у Пыкк, возможно, не осталось бы выбора и она передала бы дела в руки Китрин.

А еще лучше – если бы проснулся дракон, утащил Пыкк в море и скормил ее гигантскому крабу. Мечтать так мечтать.

Грезы прервал стук в уличную дверь. Встав из-за стола, Китрин оправила платье: главное для банкира – выглядеть так, будто ты занят совсем не тем, чем занят на деле. В ее случае это значило выглядеть так, будто ты хоть что-то значишь.

Стук повторился.

— Сейчас! – откликнулась Китрин.

Она откинула волосы назад – по давним словам Кэри и мастера Кита, выходило, что с такой прической она будет казаться старше, – и скрепила их шпильками. Взглянула на краски для лица, которыми пользовалась мало и лишь для того, чтобы зрительно прибавить себе возраст. Сегодня она не красилась, и если у магистры Китрин выдался день, в который она выглядела моложе обычного, то, может быть, это просто потому, что жизнь кажется ей прекрасной. Даже мысленные шутки выходили сейчас ерническими.

У порога ее ждала женщина в одежде цветов наместника. Светло-коричневый мех на лице, вплетенные в шкуру бусины в геральдических цветах города – зеленые и золотые. На шее медное ожерелье, подтверждающее статус посыльного.

— Магистра Китрин бель-Саркур?

— Это я.

Куртадамка поклонилась и протянула конверт из бумаги сливочного цвета, запечатанный воском с печатью наместника. По торжественности посланницы впору было заподозрить, что магистре вручают судьбу короля враждебной державы. Китрин взяла конверт двумя пальцами и сломала печать.

Магистре Китрин бель-Саркур, доверенному лицу и представителю Медеанского банка в Порте-Оливе, я, Идерриго Беллинд Сиден, волею ее королевского величества верховный наместник Порте-Оливы…