Материя. Том 2 - Константин Соловьев Страница 59

Я вмешался. И – благословение небесам! – по чистой случайности сделал все как надо.

— Когда я пришел, было уже слишком поздно. Девять человек погибло – самой недоброй смертью, которую только можно вообразить. К тому моменту в живых оставались лишь младший отпрыск из семьи Биркам да сам Шляпник, обгадившийся от ужаса, впавший в паралич и белый, как глина. Он-то хорошо понимал, чем все должно было кончиться…

Щеки Торпа побледнели еще больше, приобретя оттенок застоявшейся трюмной воды.

— Я… помню, – пробормотал он. – Да, ужасный, ужасный случай…

— Не из тех, что захочется вспоминать за рождественским ужином, – согласился Лэйд. – Я толком даже не знаю, что сталось с мальчишкой Биркамом. Кажется, он повредился в уме и отправился в какой-то приют. Неудивительно – после того, что ему пришлось пережить.

— А Шляпник? Он так и не объявился?

— И не объявится, будь уверен, – мрачно пообещал Лэйд. – Этот случай порядком сбил с него лоску. Говорят, не в силах вынести позора, он удалился от дел, повесил на крюк злосчастную шляпу, забыл про оккультные штучки и доживает свой век, всеми позабытый и брошенный. Но я от всей души надеюсь, что это не так и у старины Шляпника хватило остатков смелости взять пистолет и вышибить свои чертовы мозги на стену!

* * *

Торп некоторое время сидел молча, с безучастным видом разглядывая подлокотник. Старый, обильно исцарапанный, едва ли он представлял собой значительный объект для наблюдений, но глаза Бенджамина изучали его так пристально, точно тот был вырезан из кости Левиафана.

— Шляпник был тщеславным сукиным сыном, – наконец пробормотал он, разомкнув пергаментные губы, – но мне будет его недоставать. Он в некотором роде был памятником эпохи, которую ты почти не застал, но которая мне по-своему памятна. Много еще некрологов я пропустил, пока был в отлучке?

— Тебя давненько не было в этих краях, – осторожно напомнил Лэйд, – многие охотники уже повесили гарпуны на крюк, а то и отдали Богу душу.

— Старый Гуркх, пожалуй, уже вышел на пенсию, а?

Лэйд мотнул головой.

— Погиб. Выслеживал выводок гриндилоу, повадившихся лакомиться рыбаками, но наткнулся на танифа. Чертовски крупную особь, судя по всему. Говорят, она была размером с кита и походила на вывернутого наизнанку кальмара. Сожрала Гуркха быстрее, чем он успел вытащить трубку изо рта.

— А что Сплетница?

— Жива и здорова, но давно отошла от дел. Держит семейный пансион на Карстенс-стрит. Дважды в год по старой памяти присылает мне ежевичные пироги, такие же ужасные, как и прежде.

— Йомэн?

— Погиб в Скрэпси лет пять тому назад. Иронично, человек, от имени которого вздрагивали все кроссарианцы в городе, был убит уличными головорезами из-за пары новых ботинок.

— Король Койл? Плотник?

— Первый завязал после того, как кобольды оторвали ему обе ноги. Доживает дни в каком-то грязном углу в Лонг-Джоне, говорят, пристрастился к рыбе и мало кого узнает. А Плотник… Старина на дух не выносил Канцелярию, ты помнишь? Винил ее во всех бедах и подозревал в сговоре с Левиафаном. Но превыше всего он ненавидел полковника Уизерса-Уинтерблоссома. Все мечтал встретить его и поквитаться. Черт, это была какая-то идея фикс…

Торп криво усмехнулся:

— Да, я помню, Плотник был непроходимо глуп даже для Миддлдэка. Так что с ним?