Гавани солнца - Марта Уэллс Страница 62

Лун плеснул воды в лицо, ощутив жжение от царапин и синяков, которых раньше не замечал. Он откинулся назад и посмотрел на Утеса.

Тот наблюдал за ним, держа флягу на груди.

— Останавливаться не будем.

Шипение в земном облике получается невыразительным, и Лун ощущал скорее усталость, чем раздражение.

— Мы даже не знаем, в правильном ли направлении летим.

— Знаем, потому что скверны движутся туда же.

— Они могут следовать за нами.

— Тогда где они? – Утес приподнял брови. Он с трудом сел, придерживая руку, и кивнул в сторону пустого неба. – Это был их арьергард. Основные силы впереди. Они выслали разведчиков и нашли хианцев.

В этих словах было разумное зерно. Лун потер глаза и отложил спор на потом. Внезапно он почувствовал голод – скорее из-за тревоги.

— Тот кетель, который нам помог… Это был тот самый, которого послала королева-полукровка. Значит, остальные из ее стаи где-то рядом. Они следуют за нами, сражаясь с другими сквернами.

— Необязательно. – Утес пожал плечами и поморщился от боли. – Может, здесь только он один.

— И что, он соревнуется с другими сквернами, кто первый до нас доберется?

— Возможно. – Утес снова прищурился, глядя в небо. – Пора лететь.

— Нет. Сначала я поохочусь, мы поедим, затем найдем место, где поспать до темноты.

Внизу, у водопада, среди водорослей и цветов плавали крупные серебристые рыбы, а в скалах были расщелины, где можно укрыться, если найти достаточно широкую.

Он ожидал возражений, но Утес лишь искоса взглянул на него и слегка усмехнулся.

— А потом полетим.

Лун снова зашипел от досады, теперь в основном на самого себя, перешел в крылатую форму и нырнул в воду.

Ему удалось поймать достаточно рыбы, прежде чем косяк скрылся, после чего он помог Утесу забраться в просторную расщелину, где можно было лечь. Утес уснул, а Лун устроился у входа под нависающей скалой, урывками погружаясь в сон и наблюдая за небом.

Перед закатом он заметил кружившего в облаках одинокого кетеля – он явно разыскивал их.

Малахита и остальные улетели на закате. Звон с ужасом и ошеломлением смотрел, как три кетеля королевы-полукровки создавали мешок из своих горловых выделений. Он был куда меньше того огромного пузыря, который Звон видел раньше – не более тридцати шагов в поперечнике. Два кетеля подняли его, и почти все дакти с владыками забрались внутрь. Малахита, ее воины, королева-полукровка и несколько дакти разместились на спинах двух кетелей, а третий летел рядом. Идея была в том, чтобы периодически меняться местами с теми, кто внутри мешка, и отдыхать, а третий кетель сменял бы одного из первых двух – так стая могла двигаться непрерывно.

— Удачи, – сказал Звон Высоте, главной воительнице Малахиты.

Он думал, что хорошо скрывает потрясение, но она лишь печально усмехнулась.

— Хочешь верь, хочешь нет, но с Малахитой мне и не такое доводилось делать.

Малахита оставила пятерых воинов Опаловой Ночи, и Звон стоял с ними на корме, тревожно провожая взглядом исчезающую в облаках группу. Среди оставшихся была Шафрана, и Звон поймал себя на том, что обменивается с ней ошеломленными взглядами. Они не особо ладили и редко соглашались друг с другом, но в этом были единодушны. Их совместный опыт пребывания в мешке сквернов был ужасен, и Звон не представлял, как можно залезть туда добровольно.