Закон тирана - Дэниел Абрахам Страница 64

— Гедер никакой не ведун, – возразила Китрин. – Просто… просто у него слишком мало разума и слишком много власти.

— Тебе его жаль.

— Нет. Он сжег мой город. Убил людей, которые меня воспитали. Я с ним делила кров не одну неделю. Мне с ним было хорошо. Не знаю, как называются такие отношения.

— Ты его любишь?

— Ты что, пьян?

— Тебе было с ним хорошо. Для некоторых людей…

— Он возбудился, я не отказала. Любовь-то здесь при чем?

— Ни при чем, – согласился Ярдем. – Да только есть люди, которые восприняли бы это иначе.

— Глупцы, – беззлобно отмахнулась Китрин и добавила: – Ты сказал «частью о войне». А еще о чем?

— Я не знаю, где капитан. Что он делает. О нем никаких вестей. Меня это… беспокоит.

— Мне бы тоже хотелось, чтобы он был здесь.

— Я так не говорил, – мрачно заметил Ярдем. – Я надеялся разузнать, куда он подался и чем занят. Мы с ним расстались не самым лучшим образом. Предателей он обычно не жалует, а меня с некоторой вероятностью может считать предателем.

— Тогда он тоже глупец, – заявила Китрин.

Ярдем не ответил.

Гедер

— Ну сам знаешь, каково это, – проворчал Лерер, отец Гедера, почесывая живот. – Ривенхальм зимой. Только сидеть и слушать, как трещит лед. Больше почти ничего и не происходит. Впрочем, вот что может тебя позабавить. Помнишь старого Хейюпа, смотрителя плотины? Кривоносый такой?

— Да, конечно, – кивнул Гедер, хотя в памяти маячил лишь смутный образ высокого темноволосого мужчины с деформированным носом.

Отец с сыном сидели в помещении, расположенном на середине высоты Кингшпиля, и при этом остальные башни Кемниполя маячили где-то ниже. Гедер надеялся впечатлить отца видом из окон, но так и не понял, удалось ли.

— Ну вот, перед самой оттепелью он срубал лед с плотины и занимался починкой. Да только недооценил толщину льда. Прямо под лед и провалился. Болел потом, простудился до полусмерти.

— Жаль его, – сказал Гедер и взглянул на просторную спиральную лестницу из палисандрового дерева, ведущую на верхний этаж.

Тот самый этаж, где сейчас сидел Басрахип со своим ненаглядным искателем Дарром Синламой. Гедер надеялся увидеть жреца, когда тот станет спускаться, однако по лестнице сновал с какими-то поручениями лишь слуга в церемониальных одеждах. Гедер откинулся в кресле.

— Да нет, – отмахнулся отец. – Незачем его жалеть. В итоге все обернулось хорошо. Ведун-то был в отъезде – лечил на востоке работника, на которого рухнуло дерево. И до возвращения ведуна за Хейюпом ухаживала Арриен, вдова мясника. И в оттепель они поженились, можешь себе представить?

Отец Гедера радостно хлопнул себя по колену, явно ожидая, что сын присоединится к его веселью. Гедер улыбнулся, хотя никакой радости не испытывал. Несмотря на то что он провел в Ривенхальме детство и юность, подробности казались теперь чужими воспоминаниями. Он помнил и плотину, и смотрителя, и длинную тропу позади господского дома, ведущую к пещере – его летнему убежищу. Помнил запах библиотеки и небольшую нишу, где отец всегда оставлял зажженную свечу в память о матери Гедера. Все эти мелочи, с виду важные и значимые, ныне представлялись бессвязными и утерявшими всякий смысл.

— Расскажи-ка лучше, – сменил тему отец, – что ты сейчас переводишь.

— Да я почти не перевожу, – проговорил Гедер. – Я ведь лорд-регент. Империей управляю. Война сейчас, трудно найти время.