Наследница Джасада - Сара Хашем Страница 67

Теребя торчащие нитки на одеяле, я старалась не смотреть на его руку в перчатке, потому что не могла забыть ее тяжесть, когда она упала мне на грудь, и боль, которую несла его рука без перчатки.

— Почему бы тебе было не позволить гвардейцам наследника Омала убить меня на празднике? Это было справедливо, и твоя задача была бы выполнена на ура.

Более совершенного решения нельзя было придумать, но он не дал мне подойти к Феликсу. Почему? Ведь плата за мою магию – была моя голова. Так какая разница, каким мечом ее бы отрубили.

— Твоя судьба в моих руках, а не в руках того никчемного стражника, – сказал Арин, пристально посмотрев на меня. – И явно не в твоих собственных.

Меня обожгло жаром, а затем обдало холодом. Он подумал, что я специально обрушила на себя шкаф.

— Тогда удовлетвори свою гордыню. Будь моим судьей перед загробной жизнью, и покончим с этим.

— Твое инфантильное владение своими эмоциями не делает тебе чести. Я бы мог тысячу раз увидеть твою смерть с момента нашей первой встречи, но ты жива, и твоя наглость никуда не делась. Даже несмотря на то, что ты сидишь здесь.

Я перебралась на противоположный край раскладушки и встала на толстые стебли лиан, заменившие тело солдата под моими ногами.

Арин никак не отреагировал, когда я приблизилась к нему, хотя с какой кстати ему это делать? Мои волосы рассыпались по спине неопрятными колтунами, а тело потерялось в этом мешковатом платье. Я действительно была дочерью Нифран – безумная женщина, изолировавшаяся в башне, родила безумную женщину для леса.

Арину бы не потребовалось особых усилий, чтобы блокировать мою атаку, а потом поставить свой ботинок на мое горло и раздавить его.

— Ты мог бы убить меня тысячу раз, но почему ты не сделал этого?

Если бы я была командиром Низала, что могло бы меня заставить выслеживать одного-единственного бессильного джасади в безвестной омалийской деревне? Какую выгоду я могла бы извлечь, сохранив ей жизнь? Его игра должна была быть продуманной и лишенной эмоций. До прибытия наследников в Махэр ходили слухи, что Арин находится в Гаре. Он мог найти тело солдата, если только ехал на юг вдоль Хируна и вдоль внешних окраин нижних деревень.

Я подумала о шкафе с военными реликвиями, который стоял в той комнате, в нескольких лигах от Цитадели. Разве при нашей самой первой встрече с Арином его охранники не упоминали о том, что кого-то освободили? Собравшись воедино, пазлы головоломки поразили меня с такой ясностью, что я оперлась рукой об стену.

— Это вообще не из-за меня, не так ли? – рассмеялась я, но звук получился чересчур громким.

Я играла в его игру, чувствуя себя Эссией, девушкой, которая определенно заслужила такое внимание со стороны наследника Низала, но Эссии для него не существовало, и поэтому не было никакой логической причины, почему командующий армии Низала должен был тратить свои собственные силы на мою поимку.

– Истина всегда находится в начале, –пробормотала Ханым.

Но тогда в чем же истина?

Арин из Низала обучил тысячу солдат выявлению и борьбе с джасади. Деревья с вороньими метками, патрули и испытания – были его прерогативой. Там, где Верховный просто завоевывал и убивал, его наследник превратил власть своего королевства в политическую удавку для других королевств.