Кочергин и Бескрылый - Алёна Моденская Страница 70

— Лучше бы я в сторожа пошёл, — проговорил Кочергин, глядя на совершенно чистое пасмурное зимнее небо. — Чем вот это вот всё. Сущности, кучи, монстры, проклятия. На кой оно мне упало?

— Ну, если оно упало именно тебе, то ты вывезешь. Но есть и хорошая новость.

— Неужели? — глянул на приятеля Кочергин.

— Ну да, — улыбнулся Дриго. — Фарватер-то свободен. Теперь можно и прокатиться.

Через минуту они уже гнали по городу, лавируя между домами, другими машинами и прохожими. Вихри снежинок, всполохи окон домов, фонарей, фар машин и автобусов. Улица Минина, поворот, вверх-вниз по Семашко, Варварка. Кочергин затормозил у Масловского пассажа.

— Круто, но мало, — намеренно изобразил недовольство Кочергин. — Всегда бы так.

— Ну, если ты впишешься в наш круг, то можно подумать, — уклончиво проговорил Дриго, вылезая из авто.

— Шантажист хренов, — пробубнил Кочергин, тоже выбираясь.

— Я всё слышу! — пропел Дриго, весело шагая через арку во двор.

Во дворе пассажа оказалось тесно от машин, мусорных баков и снеговых гор. Утопая в снегу по колено, а кое-где и выше, пришлось пробираться к дверям. Метров за десять Кочергин сбавил темп. Что-то тут явно было не так.

— Чуешь? — повернулся к нему Дриго, когда до входа оставалось метра полтора.

Кочергин только молча кивнул. Из здания отчётливо тянуло смесью масляных красок, алкоголя, рвоты, сероводорода и тухлой рыбы. На снегу под окнами первого этажа отпечатались тёмные полупрозрачные следы больших копыт.

Глава 15. Тёмная галерея

Кочергин и Дриго осторожно подошли к массивной металлической двери. Действительно, изнутри струилась целая смесь неприятных запахов, однако тяжёлая дверь оказалась закрыта на замок.

В снегу отпечатался женский след уже знакомого тридцать девятого размера. Правда, подошва обуви на этот раз отличалась от той, что Кочергин видел в подъезде Элины. Дамочка сменила обувь. Но и сюда прибыла на каблуках. А если дамочка на каблуках, то она явно не приковыляла пешком, а прибыла в экипаже. Только вот следов от протекторов шин нигде нет. На метле она, что ли, прилетела?

— Интересно, здесь есть камеры? — пробормотал Кочергин, осматриваясь.

Он почти сразу заметил несколько светлых камер на стенах и над окнами первого этажа. Увы, все они не работали. Выведены из стоя, причём совсем недавно. А откуда он это узнал? Сам не мог объяснить. Знал, и всё.

Дриго тем временем достал смартфон и что-то в нём строчил.

— Ты чего это? — шёпотом спросил Кочергин.

— Пишу Бороде, чтобы набрал Лариона. Типа предупредить, что мы придём. На всякий случай.

Кочергин снова принюхался. Такое ощущение, что внутри находился кто-то больной. Запах как в геронтологическом стационаре. Сыщик передёрнул плечами. Его, как обычно при упоминании или воспоминании больниц, потряхивало.

Вокруг — ни души. Совершенно пустой двор, метра на два занесённый снегом. Там, за стенами, плотное движение, пробки, толпы недовольных людей. А тут — сплошная тишина. Даже как-то неприятно. Тревожно.

Дриго цыкнул и покачал головой, убирая телефон:

— Борода не дозвонился. Гудки есть, но трубку Ларион не берёт.

Кочергин тихо ругнулся. Но делать нечего — внутри кому-то точно нужна помощь. И скорее всего, это Ларион, который в курсе истории проклятой картины Шварцстрема.