Испытание дружбой - Нелли Мёле Страница 71

Та, видимо, догадалась, что меня смутило.

— Я ведь не всегда была такой пышкой, – ответила она. – Десять лет назад он был мне впору.

А потом Селия начала плакать. Крупные слёзы стекали по её щекам и падали вниз, оставляя следы на цветастом платье.

Мама протянула ей носовой платок и спросила:

— Может, наконец расскажешь, что тогда произошло?

— И что происходит сейчас? – добавила Аурелия.

Услышав слова подруги, Селия всхлипнула, а затем судорожно высморкалась в носовой платок.

Я по-прежнему не до конца понимала, что к чему. Или просто не хотела понимать?

Но прежде, чем я успела об этом подумать, Селия начала говорить:

— Браслет мне подарил мой бывший возлюбленный, Оскар. На него можно вешать чармы, такие различные подвески, пока браслет не окажется полностью заполненным. Маленький ключик – тоже от Оскара. Он тогда говорил, что это – символ его любви ко мне. Конечно! Вскоре он бросил меня, – и она снова высморкалась.

— А жемчужина? – робко спросила я.

— Жемчужину я купила сама. В знак принадлежности к племени водоплавающих аваностов… Знаешь, а я ведь ещё у таверны поняла, что очень скоро всё раскроется.

С грустью она подняла глаза.

Я обязана была спросить:

— Селия, но… Не ты же ведь тогда предала группу сопротивления?

Старушка шумно всхлипнула.

— Я, именно я! – ответила она и разрыдалась в голос.

Я смотрела на Селию с открытым ртом. Я никогда бы не подумала, что эта славная и весёлая женщина может оказаться предательницей. НЕТ!

Но Аурелия задумчиво пригладила свои волосы и сказала:

— Вот всё и становится на свои места… Как же я была слепа!

Селия перевела дыхание, затем выпрямилась в кресле.

— Сейчас я вам всё расскажу. Началось всё задолго до твоего рождения, Кайя. В общине у меня почти не было друзей, я была застенчивой, замкнутой, по большей части молчала. Я чувствовала себя посторонней. А потом встретила хорошего человека по имени Оскар. Он утверждал, что любит меня, и подарил мне браслет. Я впервые была по-настоящему счастлива, показала всем в общине этот браслет, символ моего долгожданного благополучия, – она снова перевела дыхание, прежде чем продолжить: – Но счастье оказалось недолгим. Вскоре Оскар оставил меня. Я так неожиданно снова осталась одна, и никого в общине это не волновало. Я была опустошена, растоптана и ни с кем не могла поговорить о своём горе.

— Ты ведь никогда и не делилась подробностями личной жизни, – вмешалась Аурелия. – Откуда же нам было знать, что у тебя горе?

Селия пожала плечами.

— Да я никого и не виню, правда. Разве что саму себя – за то, что в своём одиночестве оказалась так восприимчива к вниманию и заботе Ксавера. Он часто меня навещал, слушал, когда мне было необходимо выговориться. В итоге, когда он сказал, что ему нужна моя помощь, я уже не могла отказаться. Так я начала собирать информацию для Ксавера. Это было довольно просто, так как я была, по сути, невидимкой для всех вас. Никто не обращал на меня внимания. И самую важную информацию я получила, подслушав разговор Хранительницы и Артура, – тут она указала на браслет. – Как раз тогда я его и обронила.

Мама вскочила с дивана и закричала:

— Подлая шпионка! Это из-за тебя Ксавер набрал такую силу! Из-за тебя Артур вынужден был покинуть нас! – мама была бледна, руки у неё дрожали.