Мёд полыни - Екатерина Кожевникова Страница 71

— Кто ты? – отпрянул Стожар, с отвращением опуская руки.

— Смекалистый, – захохотала она низким лающим смехом и зарябила, черты лица расплылись. Девица вдруг стала расти, изменяясь, одежда с треском разрывалась, а нити на глазах переплетались в новую ткань. Светлая кожа посинела и покрылась мертвяцкими буграми, глаза потускнели, превращаясь в два черных омута. Над Стожаром теперь возвышалась мужская фигура – прямая, вся собранная из костей, обтянутая тонкой кожей. Черты обострились, седую голову с длинными белыми прядями украшал обод из острых клыков, а в узкой бороде, спадающей до самой земли, блеснули черные бусины.

— Кощей!

— Ужель догадался? – осклабился скелет, обтянутый кожей, обнажая островатые, как у хорька, зубы. – Добрый молодец! – ехидно передразнил Кощей поддельным голосом служанки.

— Зачем голову морочил? – сжал кулаки бортник, глядя прямо в глаза Кощею и скрывая страх.

— Как зачем? – вскинул густую белую бровь Кощей. – Ты в царстве мертвых. Думаешь, здесь много развлечений?

Он горделиво обвел рукой зал для пиршеств, в котором могло уместиться целое войско, махнул рукой и стукнул по полу внезапно возникшим посохом. Свечи вспыхнули ярче, озаряя блестящие каменные плиты, бесконечный стол заполнился яствами, а из-под потолка сама, без музыкантов печально заиграла музыка.

— Присаживайся, Стожар, гостем будешь, – кивнул Кощей, улыбаясь криво и чуть-чуть набок. Что-то в этом ехидном оскале показалось бортнику неуловимо знакомым.

Не желая злить хозяина, он осторожно сел за стол, не отрывая взгляда от Бессмертного: сначала он думал, что на троне восседает седой старик с обтянутым кожей костлявым лицом. Но, присмотревшись внимательнее, Стожар понял, что видит человека лет тридцати, угловатого, кривого, будто надломанного, а потому наводящего ужас. Острый длинный нос, серовато-синяя и бугристая кожа, иссиня-черные глаза – от Кощея веяло невообразимо древней силой. Стожар не заметил, как вцепился в осколок Алатыря на шее, чтобы почувствовать успокаивающее тепло. Поскрипывая костями, словно несмазанная калитка, Кощей откинул полу расшитого черного кафтана и пересел за стол напротив бортника.

— Ешь, – приказал он, прошивая Стожара колючим взглядом так, что желание прикасаться к еде окончательно пропало.

— Не хочу, – напряженно ответил бортник.

— Отчего же? – поинтересовался хозяин.

— Вся еда – такой же гнилой обман, как и служанка? – скривился презрительно Стожар.

— Нет, служанка здесь действительно когда-то была, да подзадержалась на три столетия, – криво улыбнулся Кощей. – Видишь ли, я могу обращаться и принимать личину лишь тех людей, кто мне добровольно душу продал, или слугам моим. Зато в любых зверей – сколько угодно.

— Как это?

— Да так: приходит глупец к колдуну за исполнением заветного желания, а тот взамен просит какую-нибудь несуразную мелочь. Так и девица: попросила вечной молодости, чтобы не увядала ее красота, а взамен я попросил всего лишь каплю крови и в тереме прибраться. Да вот забыла она уточнить, в каком из миров жить хочет – живом или мертвом, и сколько лет по земле ходить собирается, поэтому умерла в тот же год, а капля ее крови до сих пор мне уже несколько столетий служит, – щелкнул пальцами Кощей, на миг вновь обретая черты лица служанки.