Испытание дружбой - Нелли Мёле Страница 73

Мама отодвинула в сторону засов, и вместе мы подняли крышку ящика.

— Невероятно! – воскликнула склонившаяся над нами Аурелия.

Я вытащила один из множества медальонов, лежащих внутри. Всё было навалено скопом: у некоторых подвесок цепочки были спутаны в тугие узлы, у других даже порваны.

Мама рылась в ящике, пока наконец не вытащила особенно яркий медальон.

— Не могу поверить! – выдохнула она. – Это мой медальон. Смотри сюда, – она повернула кулон, и я увидела, что там выгравирована небольшая буковка. – «А» означает «Алоис», так звали моего деда, – пояснила мама. – От него я и унаследовала медальон. Моё имя как раз начинается с этой же буквы… – она снова и снова ласково водила по букве кончиком пальца.

Я взяла медальон у неё из рук, надела его ей на шею и застегнула цепочку. Мама крепко обняла меня, дрожа всем телом.

— Не плачь, – шептала я ей в шею. – Теперь всё будет хорошо! Это точно!

Затем мы вытащили второй ящик из-под кровати. Этот, в отличие от предыдущего, был сделан из пластика и обтянут резиновыми кольцами.

— В нём были Хроники, – тихо сказала Селия.

— Но где они сейчас? – поинтересовалась Аурелия.

Ах да, она ведь ещё не знала. Пока мама отвечала ей, я заглянула в ящик и воскликнула:

— И здесь же волшебные атрибуты!

В ящике было бесчисленное множество маленьких коробочек и пакетиков с перьями, травинками, волосами горностая, кристаллами или жемчужинами.

От волнения у меня закружилась голова.

— Значит, у нас ещё есть шанс! – радостно заключила я.

Аурелия выпрямилась и, расправив широко плечи, спросила у Селии:

— На чьей ты стороне, Лебедь-Чёрная?

— На твоей, – не раздумывая, ответила Селия. – Так было всегда и будет навеки.

Аурелия задумчиво посмотрела на неё, затем слегка кивнула.

Мама поднялась с пола и объявила:

— Надо забрать отсюда ящики. Немедленно.

21

Смешок в темноте

Мама была права: ящики нужно было как можно скорее перевезти в безопасное место.

— Но где нам их спрятать? – взволнованно спросила Аурелия. – Где ещё безопасно?

Что ж, я и сама хотела бы это знать.

— Вилла Певчих и наша квартира сразу отпадают, – вслух размышляла мама. – К Хранительнице тоже нельзя, там Ксавер будет искать в первую очередь. Да и от города слишком далеко.

— Может быть, тогда у Фельдов? – спросила я. – Или в таверне «У ручья»?

Мама покачала головой.

— В таверну Ксавер тоже обязательно заглянет. А у Фельдов маленькие дети. Подставлять их под удар – преступление. Кто знает, на что способен Ксавер в своём гневе, когда обнаружит, что ящики исчезли.

— Как насчёт того садового участка? – робко предложила Селия. – Вряд ли Ксавер о нём знает.

На мгновение воцарилась тишина. И снова мама покачала головой.

— Там никто не сможет охранять их должным образом. Это слишком рискованно.

— Тогда, может, к Эрике? – спросила Аурелия. Мама вытаращила глаза.

— Ты про Эрику Дроссель? Она разве до сих пор живёт в Зоннберге? Я её так давно не видела.

— Конечно, она в Зоннберге, – заверила Аурелия. – Я периодически навещаю её, как-никак мы родственницы, пусть и дальние. Милая Эрика такая же незаметная, как и её домик. Я не думаю, что она когда-либо в своей жизни делала что-то незаконное, что привлекло бы к ней лишнее внимание. Ксаверу и в голову не придёт, что ящики с медальонами хранятся у неё. Если он вообще вспомнит о ней.