Не мужик - огонь! - Светлана Нарватова,Яна Ясная Страница 74

Я уже и файл открыла, и даже палец занесла, чтобы начать печатать, как дверь в кабинет распахнулась, и на пороге возник виновник собственной персоной.

— Марша! — ворвался он, убивая грохотом каблуков священную тишину хранилища, и у меня возникло непреодолимое желание швырнуть в него мышкой. Но мышка была казенная и стояла на подотчете. — Я всё принес! — И он шваркнул на стол свой потертый кожаный портфель.

Прямо на мою книгу учета!

Портфелем он очень гордился. Вирджил утверждал, с этим портфелем его дедушка, известный историк Эдриан Вудс, ходил на лекции к студентам. Не могу спорить: как раритет тот имел ценность. Но хотя бы раз в месяц его следовало как минимум протирать влажной тряпочкой! Я выдернула книгу и отряхнула её от грязи.

Моя страсть к чистоте (которая, увы, распространялась только на работу) сыграла со мной злую шутку. Спасая от портфеля вандала ценный документ, я имела неосторожность встать. А была я в той же самой одежде, в какой ездила в полицию.

И произвела она тот же самый эффект, что на лейтенанта. С той разницей, что лично мне это было не надо!

— Оу, детка! — Вудс надул колесом хилую грудь и приложил руку к месту вероятного расположения сердца. — Тебе идет! — оценил он.

Как бы я жила без этой оценки?!

— Благодарю вас, мистер Вудс. Давайте…

— Детка, к чему эти формальности! Для тебя — просто Вирджил! — Он широко улыбнулся, демонстрируя желтые от сигарет и кофе зубы. Сделал шаг, раскрывая объятия и окуривая меня ароматами кислого пота и дешевых сигарет.

Мне стоило огромного труда удержать по-деловому нейтральное выражение лица. Не могу сказать, что Вирджил Вудс был на лицо крокодилом, как египетский бог Себек. Кто-то вполне мог счесть его симпатичным. Если его постричь, отмыть, отстирать одежду от въевшихся запахов. Во всяком случае он был высок. Может, даже выше Зака. Простото, что у Морелли раздалось в плечи, у Вудса целиком пошло в рост. Сейчас он нависал надо мной своим выдающимся (вперед) носом-крючком, который, по народным приметам, предвещал женщинам небывалое счастье.

Счастье было так близко!

Но лучше бы держалось от меня подальше. У меня чувствительное обоняние.

— Дорогой Вирджил. — Я попыталась натянуть юбку на колени, но, увы, это было невозможно. — Давайте поскорее решим наши недоразумения, и вы вернетесь к своим исследованиям, а я — домой. У меня сегодня выходной.

— Так и знал, что ты приехала только ради меня, детка! — Вудс подмигнул. — Что ты делаешь сегодня после работы? — Он по-хозяйски пристроил свою тощую задницу на край моего стола.

— Сегодня после работы я еду домой, — уведомила я и даже руку протянула к портфелю.

— У меня есть встречное предложение! — Он весь расцвел от предстоящей перспективы и убрал портфель за спину, будто собирался со мной играть в «а ну-ка отними!». — Поехали ко мне? У меня квартира здесь неподалеку!

Так, кажется, кто-то внезапно возомнил себя настолько неотразимым альфа-самцом, что готов обменять свою альфанутость на музейные ценности. Точнее, что я обменяю. Ужин с восхитительным Вирджилом Вудсом на четыре предмета из разных эпох Древнего Египта. Вот это самомнение! С таким самомнением можно смело идти в книгу рекордов Гиннеса!

— Боюсь, у меня не получится, — вежливо отказалась я. — Я вынуждена уделить внимание документам для проверки.