Потерянная святая - Рейчел Кроу Страница 74

Затем на площади шевельнулась тень, привлекая ее внимание.

Огромный вороной конь стоял у колодца, заставляя ее сердце пуститься в галоп.

— Леон, – прошептала она. – Кажется, конь Брандта на площади.

Но Леон лежал, подергиваясь в свете огня, беззвучно шевеля губами.

Она уставилась на коня. Как он оказался здесь? Стража пропустила его через ворота? Как никто его не заметил? С другой стороны, была уже глубокая ночь, и даже таверна оставалась закрытой, без единого посетителя – она предположила, что из-за страха перед юродивым. Ана высунулась из окна, чтобы разглядеть получше. Черная шкура коня мерцала в лунном свете, грива и хвост развевались от внезапного порыва ветра. Ей нужно было убедиться, что это именно тот конь.

Ветер усиливался, и она вновь почувствовала покалывание за ушами. У нее снова закружилась голова, она отшатнулась, ударившись макушкой об оконную раму. В полуобморочном состоянии она стала захлопывать ставни, но дерево заело. Ледяные порывы взметнули тяжелые занавеси, в камине бушевало пламя, она вскрикнула и пригнулась к кровати.

Тогда, в пещерах, тоже был неестественный ветер, прямо перед хаосом и смертью. Воспоминание потрясло ее. Мог ли это быть просто ветер? Или за ним стояла какая-то сила, злая воля? По телу побежали мурашки, и она прижалась к плечу Леона.

От его кожи исходил жар.

— Черт, Леон, ты весь горишь!

Его веки дрожали, а голова моталась из стороны в сторону. Лихорадка поглотила его. Ана нерешительно коснулась его лица, приложив дрожащую ладонь ко лбу; другую руку она прижала к его груди, где под ее пальцами учащенно билось сердце.

— Леон, прошу тебя.

Новый порыв ветра ворвался в комнату, взметнув занавеси до самого потолка, ударив ей в лицо, лишая возможности дышать и наполняя ее легкие льдом и огнем. Рыдание сдавило ей горло, и она прошептала, в ужасе, что какая-то… сущность… какая-то сила может подслушивать:

— Ради всего святого, Леон, поправляйся, – взмолилась она. – Я не могу оставаться здесь. Слышишь меня? Ты должен поправиться. Сейчас. Пожалуйста.

Ана представила, что горячка имеет форму: гигантская пиявка из пульсирующей тени, с ее мерзкой пастью, впившаяся в грудь Леона и высасывающая его жизненную силу.

Она застонала и покачала головой. Неужели она так измотана, что начинает сходить с ума? В груди внезапно вспыхнул жар, напомнивший ей о синей искре из ее видения в пещерах, а с этим она ощутила необъяснимый прилив ярости. Она сходила с ума. На глаза навернулись слезы, и она прошипела в сторону тени:

— Пошла прочь!

Леон дернулся под ее руками, она едва сдержала крик и чуть не шлепнулась на пол. Пламя в очаге единым порывом взметнулось вверх, исказив ее тень на стене за кроватью, превратив ее в извивающуюся массу, что рванулась к потолку и исчезла, прежде чем тень вновь обрела очертания Аны. Ветер мгновенно стих.

Она застыла с разинутым ртом. В ушах звенело, а ощущение жжения в груди ослабевало.

Что, черт возьми, только что произошло? Ничто из этого не было нормальным. Ветер. Видения. Что ей теперь делать… во что верить? Что магия реальна? Чудеса, духи и пророчества? Каждый рациональный синапс в ее мозгу восставал против этой идеи – даже если ее сердце бешено колотилось в груди, а кожа покрылась мурашками после… что бы это ни было.