Сердце и порох - Э. Б. Голден Страница 76

НАЧАЛЬНИК ПОЛИЦИИ

СВОБОДНЫЕ ОСТРОВА ИКЕТ.

Он был одним из новых полицейских барона Хулея.

Вскинув подбородок, я подмигнула и спиной вперед отошла в растущую кучу рабочих. Благословляя святых, что в таверне была такая толпа, я нашла взглядом самую богатую женщину, какую смогла: торговку, смеющуюся над чем-то с мужем и компанией рабочих. Я стащила со спинки ее стула милую шерстяную курточку.

Шури была сиротой и бунтаркой, а значит, у нее, вероятно, было так же пусто в карманах, как у меня. А если так, то вряд ли она собиралась добровольно уходить из «Игроков».

Накинув украденную куртку и подняв капюшон, я потянула за иллюзорную нить. Пока я шла за Шури на другой конец таверны, под ребрами вспыхнул жар, по коже пробежалось легкое покалывание, делая ее чуть смуглее. Кости ныли, растягиваясь, перспектива изменилась – я стала выше. Волосы стали длиннее, сползая ниже по спине под курткой.

— Шури Сааинс? – окликнула я.

Она обернулась, увидела мое лицо и торопливо заморгала. Ее щеки были мокрыми от слез.

— Аза Сочьятова?

— Да, – сказала я с надменным ворставским акцентом звезды «Рояля».

— Чем… могу помочь? – заикнулась Шури.

Я осмотрела комнату из-под капюшона и наморщила нос. Сочьятову бы и силой в такое место, в толпу рабочих, не затащили. Только если по очень важной причине.

— Аза Весканора хотела узнать, когда увидит тебя снова, – сказала я.

Шури резко расплылась в истеричной улыбке, острой, словно приготовленный к защите нож.

— Никогда. Передайте, что я ее прекрасно поняла, как и Сидд. – Ее голос надломился. – Мы нашли работу в другом месте.

Я спрятала удивление за презрительным фырком:

— Ясно.

— А, и да, Со-чья? – добавила она, разбивая фамилию женщины торгового класса пополам, чтобы подчеркнуть свое неуважение. – Передай, что работать в этой яме классовых ненавистников мне не очень-то и хотелось.

Развернувшись, она растворилась в толпе.

Я прикусила губу, наконец-то сложив все кусочки правды. Шури была сиротой из Колыбели. Сидд, тоже сирота, был ее близким, возможно, ее единственным близким человеком. Они оба обратились к Весканоре в поисках работы, получили отказ и оказались у Мезуи. Судя по пустой кровати, Шури не привыкла иметь свой дом. Скорее всего, сумку она носила с собой, чтобы защитить свои вещи.

Я покосилась на компанию у бара. Непохоже было, чтобы Шури пришла сюда ради разговоров о политике. Оставалось предположить, что она пришла к людям, которые знали Сидда и боролись с ним плечом к плечу. Людям, которые, в отличие от тех, что в театре, не давили на нее. «Игроки» были добры, но им было необходимо, чтобы она сыграла на отлично, несмотря на скорбь.

Сняв с себя дорогую куртку, я сменила ее на другую, со спинки стула уже другой женщины. По дороге к подсобке в прихожей я прихватила еще и шарф молодой рабочей, для полного образа. Скрывшись из поля зрения главного зала, я накинула новые вещи – толстые и шерстяные, практичные, но некрасивые.

«Ключ к цели хранится в самых потайных желаниях твоей жертвы».

Шури жаждала человеческой близости. Раз Веска отказала ей в работе, то вряд ли она собиралась бросать роль в «Игроках», как бы дурно ей ни было. В конце концов, они были последним подобием семьи, оставшимся у нее после смерти Сидда.

Если только я не предложу ей кое-что получше.