Потерянная святая - Рейчел Кроу Страница 76

Ана закрыла глаза, позволяя хрусту зерна и теплому, спокойному присутствию коня умиротворить себя. Утром прибудут люди Леона, и, что бы ни случилось, скоро она будет с Гвен и остальными. Там будет Ансель, целый замок, полный святых, и они что-нибудь придумают – способ вернуться домой.

Она открыла глаза, и юродивый стоял там, у колодца. Рваное, истертое до дыр одеяло было накинуто на его плечи, полы которого не прикрывали его наготы. Ана замерла, а конь поднял голову, прижав уши. Сокровище фыркнул и ударил копытом, развернувшись боком к юродивому, словно желая держать его в поле зрения.

Ана не могла сообразить, что делать. Что сказать. Стоит ли ей позвать на помощь? Бежать обратно в дом констебля? Запереть за собой дверь на засов?

Она приготовилась к тому, что он начнет кричать или обличать ее, но он просто стоял и смотрел. Пульс стучал у нее в ушах, мочки горели, а ледяной воздух заставлял ее тело дрожать. Юродивый был юн и истощен, а раны на его обнаженной коже выглядели свежими и воспаленными. Она не могла разобрать цвет его глаз, но они были впалыми от голода и… одиночества.

Откуда она могла это знать?

И все же она знала… как-то… всем своим естеством. Он был одинок. Это понимание умерило ее страх, и она задумалась о его семье. Кто заботился о нем здесь, в деревне? Возможно, тот мужчина, что звал его Феликсом и уговаривал слезть с чердака, пока не ушибся.

— Кажется, ты всех тут немного напугал, – сказала Ана, и ее голос был едва ли громче шепота, но на замерзшей площади ее слова все равно прозвучали слишком громко.

Он уставился на нее и сжал одеяло так, что костяшки пальцев побелели.

— Ты, должно быть, замерз, – она кивнула на его босые ноги. – И проголодался?

На его лбу пролегла морщинка, и брови сошлись на переносице. Неужели она сказала что-то не то? Он снова моргнул, но не пошевелился.

Порыв ветра коснулся ее ушей, растрепав непослушные пряди, и она вжала голову в плечи.

— Откуда ты знаешь мое имя?

Его глаза наполнились слезами, и она сглотнула, в ужасе от того, что он сейчас начнет рыдать. Она вцепилась пальцами в черную гриву коня, задаваясь вопросом, хватит ли у нее сил и ловкости, чтобы вскочить на спину животного и умчаться в ночь, если юноша начнет вопить.

— Ана, – прохрипел он, и слюна растянулась тонкой нитью между его губами. Он покачал головой и слегка вздрогнул, из уголка его глаза скатилась слеза. – Я нашел твоего коня.

— Правда? – удивилась она. – Но как?..

— Ты поцеловала юношу со стрелой в глазу.

Ана сглотнула.

— Уилла?

— Я видел, как ты падала в темноте.

Ана моргнула, и дрожала она не только из-за холода.

— Ты убила человека с черными зубами.

Липкий страх почти лишил ее сил. Она не была уверена, что сможет устоять на ногах.

— Я не… я не делала этого.

Его взгляд метнулся к лошади.

У нее внутри все сжалось.

— Это всего лишь конь. Мы нашли его в лесу, а тот человек – человек с черными зубами – напугал его, – затараторила Ана. – Он набросил мне веревку на шею и пытался причинить мне вред.

Его губы задрожали, словно у испуганного ребенка, пальцы впились в одеяло. Из горла вырвался слабый стон, плечи затряслись. Воздух вокруг него задрожал, и у его ног заклубился туман. Он присел на корточки и моргнул, а когда его глаза вновь открылись, они светились в темноте, как у животного. Мурашки побежали по коже Аны. Она почувствовала, что через юродивого на нее смотрит нечто иное, глаза, сияющие серебром.