Эти чудовищные боги - Розамунд Ходж Страница 77

— По крайней мере, я познакомился с тобой, – говорит он, и я не знаю, что ответить.

Я лишь наклоняюсь вперед и целую его.

От этого касания губ меня снова охватывает странный трепет. Среди неловкости, возникшей от неумелого соприкосновения наших губ, зубов и языков, я снова чувствую медленно разгорающееся желание. Возможно, мне не суждено стать принцессой и я не могу любить Мор-Иву, но я могу целовать Араунна, наслаждаться этим. Целовать и слышать, как учащается его дыхание, когда он наслаждается мною в ответ.

Внезапно он отстраняется, а затем, глядя мне в глаза, обхватывает своими золотыми руками мое лицо.

— Ты прекрасна, – говорит он. – Никогда не сомневайся в этом. Даже…

Он замолкает, прикусив губу, и между нами повисают невысказанные слова:

«Даже с этими руками».

«Даже если ты убийца», – сказал бы Рувен, но его здесь нет.

Я подношу руку к щеке Араунна, и, несмотря на дрожь, принц не отстраняется. Он готов терпеть мою чудовищную святость, и я глубоко благодарна ему за это.

На мгновение мне становится неважно, как сильно я осквернена и как мало Араунн знает обо мне правды. Он готов обнимать меня своими золотыми руками и выносить мое прикосновение. Он. Человек, которого коснулась Нин-Анна, которого преобразила Нин-Анна.

Внезапно на меня находит ослепляющее озарение.

Вот он ответ, которого я так долго искала. Вот как я могу получить реликвию, не опускаясь до воровства. Я могу стать колдуньей и продолжить жить.

— Араунн, – почти задыхаясь, говорю я, – не подаришь ли ты мне прядь своих волос?

Он удивленно отшатывается и убирает руки от моего лица.

— Что?

— Чтобы положить в медальон, – в отчаянном порыве объясняю я. – В наше время девушки так делают, когда они… – Мое лицо пылает.

— О, в знак симпатии? – удивляется Араунн. – Конечно! – Он достает перочинный нож и тянется рукой к своим локонам.

Два часа спустя я покупаю золотой медальон в форме сердца у одного из лучших ювелиров города, а вечером, оставшись в одиночестве в своей постели, сжимаю его, висящий у меня на шее, и, ухмыляясь в темноту, говорю:

— А теперь расскажи мне, как использовать мою реликвию?

Мгновение я слышу лишь тишину, а затем где-то позади меня раздается голос Рувена.

— Очень умно, вместо умершего святого ты предашь своего принца.

— Я не…

Я не могу опротестовать его слова, потому что действительно предаю Араунна. Он не хотел бы, чтобы я занималась колдовством, но он, его сестра и сами боги не оставили мне выбора.

— По крайней мере, это был подарок, – говорю я Рувену. – Научи меня, как им пользоваться.

18

– Ну что? – спрашивает на следующее утро меня Вария в комнате для завтраков. – Твоя неделя закончилась. – Она говорит тихо, будто боится, что нас подслушают, хотя в комнате сейчас только мы с ней и Араунн. – Ты можешь использовать силу Мор-Ивы?

Это мой последний шанс признаться в правде.

— Нет, – отвечаю я, поднимая подбородок. – Но я готова к этому. Прошлой ночью Мор-Ива пришла ко мне во сне и сказала, что я должна явиться к ней в божественное царство. Проще всего это сделать в ближайшем святилище.

Мой голос не дрогнул, ведь я репетировала эту ложь слово за словом всю половину прошлой ночи.

— Это замечательно! – тепло говорит Араунн, но я не решаюсь встретиться с ним взглядом.

Варию я могу обмануть, не чувствуя за собой вины, но Араунна… Он ведь помог мне, доверяет мне, а я его предаю.