Время сбросить маски - Лан Ань Ни Страница 77

— Одержимые! Стреляйте! Сожгите всех! Сожгите их всех! – взревел наместник Ху. Его солдаты тут же принялись поджигать стрелы огнем духов.

— Нет! Вы с ума сошли! Не все вышли! Наш Владыка… – пытался остановить его смертельно побледневший наместник Гоу. Он вцепился в господина Ху, но тот отпихнул его в сторону.

— Глупец! Где он, где твой Владыка?! Все, кто остался за стеной тьмы, погибли или стали монстрами, сумасшедший старик! И мы вот-вот умрем! Стреляйте! Сожгите всех одержимых!

Тысячи стрел взвились в воздух, и их свист оглушил Чжао Вэйнина.

— Брат! Хэ Ланфэн! – Юноша понесся назад, напрочь забыв об опасности. Его кровь лилась на землю и тянулась за ним лентами, и время замедлялось. Многие стрелы замирали в воздухе, падали вниз и поджигали сухую траву. – Что вы наделали? Что вы наделали?! – Он кровью пытался потушить пламя, метался в кольце огня. Мимо него проносились стражи семей Ли и Гоу, гасили огонь, освобождая не успевшим спастись жителям путь к воротам. Глаза Чжао Вэйнина слезились от дыма, он не понимал, где свои, а где чужие, слышал вопли: «Одержимые! Одержимые!», но не видел, откуда исходит угроза.

Вдруг острые зубы впились в воротник юноши, и его ноги оторвались от земли. Ли Мэй, обернувшись большой лисой, схватила его и в несколько длинных прыжков вернулась обратно к воротам.

— Вот это уши… мягкие и пушистые… – прошептал Чжао Вэйнин, когда его опустили на землю. Лиса потерлась головой о его грудь. Юноша с трудом приподнялся, и его начало тошнить кровью. Это было ужасно! Ледяной пот градом катился по телу, а его глаза больше не видели ничего, кроме стены огня.

— Нет! Брат! Хэ Ланфэн! – Чжао Вэйнин рванулся было обратно, но тут же упал без сил. Он пополз на животе, впиваясь ногтями в землю. – Сяо Лань! Брат! Хэ Ланфэн! Спасите их, спасите! – Но его никто не слушал. Все спешили спасти собственные жизни. Большущая лапа придавила юношу к земле. А потом Ли Мэй, вернув человеческий облик, приподняла Чжао Вэйнина и крепко прижала к себе, принимая за него удары темной энергии.

— Ты умрешь, если отправишься туда! Я не допущу!

— Вернитесь за ними кто-нибудь! Не бросайте их там! – обливался горькими слезами Чжао Вэйнин, и Ли Мэй плакала вместе с ним. – Брат! Хэ Ланфэн! – Его голос становился все тише и тише, юноша уже был на грани обморока.

— Молодая госпожа, нужно бежать, иначе будет поздно! – Ли Мин и Ли Чэн помогли девушке подняться и поставить на ноги Чжао Вэйнина. – Вот-вот закроют ворота!

— Повелитель остался там, они не посмеют! Не посмеют! Я не позволю наместнику Ху своевольничать! Забирайте Чжао Вэйнина и уходите! Я останусь.

— Но, молодая госпожа…

— Приказываю: забирайте Чжао Вэйнина и уходите! Не подчинитесь, будете сурово наказаны! Я останусь, дождусь повелителя и сестрицу. Берегите Чжао Вэйнина! Он мой человек! Вы должны защищать его, как меня! А ты, А-Ни… отпусти меня! – Она оторвала пальцы ослабевшего юноши от своего рукава и за один прыжок поднялась на стену, чтобы помешать наместнику Ху закрыть ворота.

* * *

Духи и демоны жались к Сун Жуланю в кольце огня очищения. Он все еще сопротивлялся. Уцелевшие солдаты и стражи великих семей отбивались от атак одержимых, прикрывая спинами тех, кто биться уже не мог. Почти во тьме, в едком дыму Сун Жулань еще надеялся отыскать Хэ Ланфэн. Она была рядом с ним, все время была рядом, но вдруг исчезла и больше не отзывалась. Сердце юноши обливалось кровью, он не мог сдвинуться с места, не мог покинуть круг и лишить несчастных жителей Лун-бо защиты. Вдали он слышал свист клинков, или ему это только казалось? Он молился всем богам, чтобы Хэ Ланфэн была жива.