Собственность Верховного бестиара - Марина Эльденберт Страница 80

— Ты прекрасна, – произнес он.

Опомнившись, шагнул к ней, и служанки тотчас отступили.

— Вы свободны, – произнес Богдан.

Девушки склонились в поклонах и гуськом вышли, только после этого он шагнул к Алине еще ближе. Вплотную.

— Как же ты прекрасна, – повторил, скользнув пальцами по ее щеке.

Она улыбнулась. Так светло, как умела только она.

— Ты уже говорил.

— И готов повторить это сотни, тысячи раз.

Алина покраснела еще сильнее.

— Богдан, мы не закончили с образом. Еще перчатки и украшения, которые ты прислал…

— Мы справимся. – Он снова коснулся ее невероятно нежной, тончайшей кожи. После чего приблизился к столику и открыл футляр с белоснежными перламутровыми перчатками. Скомандовал: – Протяни руку.

Алина подчинилась. Прежде чем надевать перчатку, Богдан скользнул пальцами по ее запястью, и она вздрогнула.

— Мы опоздаем… – начала было, но под его темнеющим взглядом осеклась.

Он раскатывал шелк по ее коже медленно, впитывая каждое прикосновение, глядя, как ее глаза снова меняют цвет, становясь насыщенно-изумрудными. Ее грудь высоко вздымалась, она закусила губу, и Богдан едва удержался от того, чтобы не послать весь этот бал в Бездну. Повторил все то же со второй перчаткой, чувствуя, как собственное сердце ускоряет бег, а потом раскрыл футляр с драгоценностями.

Алина вздрогнула, когда ее кожи коснулось прохладное колье и его пальцы. А следом – замерла, когда прежде чем надеть серьги, Богдан поцеловал ее шею. Накрыл губами бешено бьющуюся жилку, слегка прикусил. По ее телу прошла дрожь, и дальше он уже действовал быстрее. Понимал, что сам не отпустит ее, если продлит эту чувственную пытку. В  его мыслях Алина уже стонала, пока он ласкал ее, задрав это безумно красивое платье, но…

— Готово, – Богдан защелкнул на ее запястье браслет.

Она вздохнула, глубоко-глубоко, словно пропуская воздух через все свое тело.

— Благодарю, – произнесла, ее голос стал таким низким, что он снова задумался про то, чтобы никуда не идти.

Но, во-первых, он обещал Алине бал, а во-вторых, об этом уже ходили слухи по всему дворцу. Если Богдан сейчас откажется от этой идеи, это будет выглядеть так, будто он ее стыдится. Вот только он испытывал лишь восхищение рядом с этой великолепной женщиной. Невероятной. Прекрасной.

Она достойна была всех балов, всех украшений и платьев мира, всего, что этот мир только способен дать. Всего, что он способен дать ей в этом мире.

— Пойдем, – собственный голос прозвучал хрипло.

Алина положила руку поверх его, и они вместе вышли из комнат. Пятеро сопровождающих дожидались их в коридоре, так было положено по этикету, и Богдан заметил, как расширились ее глаза. Кажется, о таком она даже не догадывалась. Сколько же еще всего ей предстоит узнать о мире бестиаров и о жизни во дворце! И как он будет рад открыть весь этот мир ей.

На входе в бальную залу объявили его. Алину не объявили, но он так посмотрел на церемониймейстера, что тот просто остолбенел. Ладно, с ними Богдан разберется потом, а пока, весь этот вечер сегодня будет принадлежать Алине. Его Алине. На них косились, по залу летели шепотки, но она держалась просто восхитительно. Так могла бы выглядеть бестиари, о которой пустили дурные слухи, и Богдан невольно ею восхитился. Снова.

Они едва успели отойти от лестницы, где сопровождающие уже могли свободно, не следуя за ними, распоряжаться своим временем, когда Богдан услышал: