Тесса Мията невезучая - Джули Абэ Страница 80

26

Мими с Тессой (без помощи представителей семейства кошачьих) поднялись на четвертый этаж академии, где располагались Целительные палаты. Мими подтолкнула Тессу к двери, контуры которой мягко светились в полумраке, и со словами: «Увидимся за ужином! Надеюсь, будут суши!» – обернулась кошкой и умчалась прочь.

Тесса постучала. Дверь отворилась, и из проема хлынул ослепительный солнечный свет. Тесса зажмурилась.

— Солнце? – пробормотала она. – Но ведь уже почти вечер.

Она присмотрелась и только сейчас заметила вокруг двери очертания тории. В отличие от привычных деревянных эти врата были из камня, на котором то там, то здесь виднелись серозеленые пятна лишайника. Что-то новенькое. Интересно, что за ними…

Тесса вошла в открытую дверь – и…

— Ничего себе!

В ее школе в Калифорнии врач принимал в небольшом помещении с белыми стенами, белыми занавесками, белой ширмой и белой кушеткой. Целительные палаты в академии оказались… фермой? Тесса медленно огляделась. Справа аккуратными рядками росли низенькие кустики с широкими листочками и крупными красными ягодами. Клубника! По склону холма бежала тропинка, которая вела прямо к рисовым полям; ветер колыхал зеленые стебли, и сверху казалось, будто у подножия холма раскинулось самое настоящее море. На деревьях во фруктовом саду, разбитом по левую руку от Тессы, висели сочные ароматные персики, и отовсюду неслось пение цикад, исполнявших негромкую симфонию уходящего лета. Тесса резко выдохнула. Надо же – она, оказывается, дышать перестала и даже не заметила. А царящий тут покой и правда обладал целительной энергией: она пробыла здесь всего пару минут, а уже чувствовала себя намного лучше.

— Какая красота, – прошептала Тесса.

— Согласна, – произнес тихий голос у нее за спиной.

Тесса подпрыгнула от неожиданности. Вместо тории, через которые она сюда попала, она увидела стройную девушку в белоснежном одеянии, украшенном затейливой вышивкой из серебряных нитей. На вид девушке было чуть больше, чем самой Тессе.

— Здравствуй, я Кисагаи, – представилась незнакомка. – Добро пожаловать в Целительные палаты. Ты мужественно сражалась.

Какое там «мужественно». К горлу Тессы подкатил комок. Перед глазами возникла Аканэ, размахивающая своей ужасной косой.

— Поверить не могу, что я проиграла, – произнесла она едва слышно. – Вы не могли бы вылечить меня побыстрее? Тогда я перед ужином еще успею в Облачное море, потренироваться…

— Твоя душа нуждается в исцелении, – сказала Кисагаи.

— Финальная битва уже послезавтра, я не могу…

— Времени на то, чтобы достичь совершенного исцеления, всегда недостаточно. Но совершенство – это одно, а жизнь – совсем другое. Слишком часто мы стремимся к совершенству, а ведь могли бы просто жить, – загадочно произнесла Кисагаи. – Твоя ванна готова. Продолжишь свои размышления в горячей воде. Идем.

— Но… а как же…

Тесса не нашлась что сказать, поэтому молча поплелась следом за Кисагаи к дому, стоявшему на вершине невысокого холма. В воздухе чувствовалась особенная остринка, свойственная волшебной поре межсезонья, когда позднее лето постепенно переходит в раннюю осень. Кисагаи привела Тессу в онсэн: за высокой живой изгородью из бамбука располагался небольшой каменный бассейн, в который из маленького деревянного крана бурливой клокочущей струйкой устремлялась горячая вода.