Империя праха - Филип К. Квантрелл Страница 87

— Ну, так зачем ты сюда пожаловал? – Калеб выдернул меч и, сев на одну из низких скамеек, принялся протирать клинок.

— Я даже не очень понимаю, куда это – сюда. Сперва я думал, что это таверна, потом оказалось, что в таверне еще таверна, теперь выясняется, что здесь еще и оружейная…

— Остальные зовут ее кладовкой. Я тогда в «Кирке» еще не бывал, но, похоже, раньше Расселл разрешал Эшеру хранить тут оружие и вещи, а потом пошло-поехало – и другие рейнджеры тоже начали сюда притаскивать всякое.

Натаниэль кивнул и, вновь взглянув на стену с нишей, заметил, что висят на ней сплошь двуручники с шипастым яблоком, как две капли воды похожие на тот, что Эшер потерял в битве за Западный Феллион. Рядом с ними стояла вешалка с темно-зелеными плащами. Похоже, Эшер был человеком привычки.

— Ну, так это… – начал Калеб, продолжая полировать меч. – Чего тебе, парень?

Натаниэль бросил ему мешочек монет, взятый из банковского кошеля Эшера. Калеб поймал мешочек в полете, взглянул удивленно.

— Я пришел напомнить тебе о старых рыцарских клятвах. И предложить работу.

* * *

Кабан с победным визгом пронесся мимо, размахивая болтающейся на клыке пустой кружкой. Расселл изрыгал ему вслед проклятия, но Эшеру было не до того: он подсел к Салиму и выложил ему все свои соображения. А теперь наблюдал за тем, как лицо южанина становится все мрачнее.

— Ты помог мне, когда я больше всего в этом нуждался, Эшер, и показал, что моя жизнь не бесцельна, когда я видел лишь отчаяние. За это я всегда готов помочь тебе мечом… но в Иссушенные земли мне хода нет, ты же знаешь. Я изгнанник.

— Я не прошу тебя там поселиться и найти работу в Амираске. Нам нужен знающий человек, который проведет нас мимо каратских стражников и поможет запастись всем необходимым, не поднимая шума. – Эшер не любил просить о помощи, занятие это для него было новое и чужое, но чем больше он думал о лежащих впереди опасностях, тем увереннее становился в одном: чтобы выжить, им понадобится отряд побольше.

Салима его слова не убедили.

— Ты знаешь все наречия юга и куда лучше умеешь… – он помедлил, пытаясь подобрать слово на незнакомом языке, – прокрадываться.

Эшер оглянулся по сторонам и склонился к Салиму.

— Слухи ходят давно, но, похоже, за последнюю пару месяцев они сделались правдой. Восстание переросло в войну против рабства.

— К чему ты клонишь, Эшер?

— По стране, охваченной войной, пробираться нелегко. На всех каратских воротах путников будут трясти, все напряжены и чуть что за меч хватаются, а на иноземцев смотрят как на помеху. Бывший императорский гвардеец нам бы с этим здорово помог…

Услышав свое бывшее звание, Салим отвернулся.

— Меня изгнали за дело, Эшер. Императора и императрицу убили, когда я был на посту. Я был не просто наказан – меня осудил сам Карат. В столице нет людей, которым я мог бы… как вы выражаетесь… дать на лапу, чтобы провести вас мимо стражи. Да и в городе вам со мной будет небезопасно.

— Тогда, возможно, сын бывшего командира гвардии поможет? Заместитель командующего каратской армии. – Эшер заметил, как брови Салима поднимаются все выше от удивления. – Не притворяйся, будто ничего не знаешь. Может, тебя и изгнали, но будь я проклят, если ты не присматриваешь за сыном. Как там Халион?