Алый клинок - Анна Гелаир Страница 91

Эзра открыл перед Джой выкрашенную в насыщенный синий цвет дверь и пропустил вперёд. Она прошла внутрь, с любопытством озираясь.

Жилище оказалось небольшим – много меньше их с Фелисити комнаты.

Первый этаж не был разделён и выполнял сразу функции гостиной и кухни. Электрической плиты ожидаемо не было. Вместо неё в стене слева от входа располагался большой камин. Рядом лежал запас сухих дров. Возле камина стояло одинокое кресло, а обеденный стол и стулья нашли себе место напротив, под большим тройным окном. По обе стороны от камина виднелись двери, наверное, одна из них должна была вести к лестнице на второй этаж. Справа же от входа приютилась небольшая кухня: три тумбы, настенный шкафчик и раковина. Низкая деревянная перегородка отделяла кухню от входа. Последним элементом обстановки, к восторгу Джой, оказался книжный шкаф в стене напротив, расположившийся между узкими окнами. Возле него стояли ещё одно кресло и низкий столик. Всё деревянное было очень тёмным и старым на вид. Потемневшими от времени были и паркет комнаты, и каменная плитка на полу коридора. Высокие окна в трёх из четырёх стен пропускали достаточно дневного света, чтобы помещение не выглядело мрачным.

Пока Эзра разжигал огонь, чтобы вскипятить воду в чайнике, Джой села на один из стульев за обеденным столом. Она задумалась: выходит, Эзра жил тут постоянно? Судя по услышанному ей в больнице (как будто целую вечность назад) разговору, со своими родителями он не ладил. А Фелисити? Она всё время живёт в общежитии, даже в каникулы, совсем одна? Или здесь у неё есть своя комната?

Прошло немного времени, и Эзра поставил перед племянницей исходящую паром кружку:

— Твой чай. Сливки?

Джой рефлекторно наморщила нос. Чай со сливками? Фу.

— Нет, спасибо, – ответила она вежливым голосом.

Она добавила кусочек сахара из пузатой металлической сахарницы на столе, размешала и аккуратно подула на жидкость, но пить сразу не стала. Остынет не скоро. Поэтому Джой просто грела озябшие на холоде руки о горячую кружку. Эзра тем временем, не добавив ничего, отхлебнул обжигающе горячий чай. Отец пил такой же чай: горячий, крепкий, без сливок или сахара. Сливки любила мама. Джой чуть слышно вздохнула.

В неловком молчании прошла ещё минута.

— Что ж, спрашивай, если готова, – сказал Эзра.

Джой решила, что начать стоит с самого сложного, но не знала, как это сделать. Наконец она опустила взгляд в кружку и произнесла очень тихим голосом:

— Папа… его уже похоронили?

Сказав самое страшное, она метнула быстрый взгляд на Эзру. Тот заметно смутился, затем помрачнел. Джой задержала дыхание в ожидании ответа.

— Да. Ты была без сознания, потом восстанавливалась. Было бы странно столько ждать. Прости. Его перевезли в особняк Найтов – там есть небольшое семейное кладбище. Дуэйн достаточно смягчился, чтобы пустить сына домой хотя бы после смерти.

Джой осторожно выдохнула. Слёзы подступили к глазам, но пока что она смогла сдержаться. Не реветь же перед Эзрой. Дальше должно быть легче.

— Ничего. Не уверена, что хотела бы присутствовать на похоронах… Я смогу навестить его?

Эзра задумался.

— Думаю, Дуэйн захочет с тобой познакомиться, – ответил он. – Так что с этим вряд ли будут проблемы. На каникулах, конечно.

Джой округлила глаза: