Воин тумана - Джин Родман Вулф Страница 91

— Но сам-то он наверняка сможет прочитать собственные записи? – сказал Эвтакт. – Латро, принеси мне свою книгу.

— Он боится, господин, что ты ее у него отнимешь, – сказала Ио. – Ты ведь не сделаешь этого, правда?

— Нет, конечно. А ты знаешь, девочка, где эта книга?

— Да. Я о Латро знаю больше всех.

— В таком случае принеси ее. Обещаю, мы ни Латро, ни тебе зла не причиним.

Ио сбегала в мою комнату и вскоре вернулась со свитком.

— Хорошо, – сказал Эвтакт. – А теперь…

И тут в дверь снова постучали. Эвтакт велел одному из гоплитов посмотреть, кто там, и отослать пришедшего прочь. А мне он сказал:

— Отличный свиток! Должно быть, стоил не меньше двух «сов». Только слишком длинный, чтобы его можно было развернуть на весу, верно?

Я кивнул.

— Ну так разверни его на полу, чтобы я мог посмотреть. А ты, девочка, придержи конец.

Тот воин, что ходил отворять дверь, возвестил:

— Срочное послание, лохаг. Из Милета[110].

Эвтакт кивнул, и воин впустил какого-то высокого и очень худого человека с пышной копной спутанных черных волос. Он был одет в пурпурный плащ, все пальцы в перстнях. Худой человек быстро глянул в мою сторону, потом – на Каллеос и сказал, обращаясь к Эвтакту:

— Да благословят тебя боги, благородный воин! Мне нужно кое-что сообщить тебе. Наедине.

Каллеос с улыбкой предложила:

— Я могу проводить вас в удобную комнату, где никто не помешает вашей беседе. Мы, правда, еще не успели убрать после вчерашней вечеринки…

— Это не важно! – рявкнул Эвтакт. – Мы там долго не задержимся. А ты, Латро, сверни пока свой свиток да не выпускай его из рук. Присмотри за ним, Басий.

Они ушли и почти сразу вернулись. Спартанец выглядел довольным, а милетец – опечаленным. Эвтакт сказал гоплитам:

— Этот парень сообщил, что скоро нам самим придется о себе заботиться. – Он повернулся ко мне: – Разворачивай-ка свой свиток.

Я подчинился и, добравшись до последнего листа, обнаружил там засохший цветок люпина.

Эвтакт присел рядом со мной на корточки, разглядывая цветок.

— Эй, посмотрите-ка сюда! – обратился он к своим воинам. – Все видели?

Те дружно закивали.

— Ну так запоминайте хорошенько. Возможно, вам придется рассказывать об этом самому Павсанию[111]. Вы слышали, как я задал этому варвару вопрос? И как он не мог мне ответить? Видели, как он разворачивал свиток? Видели цветок? Так вот, смотрите, ничего не забудьте! Все это очень важно! И тому, кто совершит ошибку, с рук не сойдет.

— Благородный спартанец, – начал было худой человек в пурпурном плаще, – если позволишь…

— Не позволю. Вы, ионийцы, на золоте просто помешаны. Мы одерживаем для вас победу за победой, так что вам кажется, будто и у нас золота полно. Да самый жалкий раб в этом доме куда богаче любого спартанца!

— Ну, раз так… – пожал плечами милетец и повернулся, чтобы уйти, но Эвтакт остановил его:

— Эй, не так быстро. – Два воина преградили милетцу путь к двери. – Уйдешь, когда я позволю, не раньше. А пока слушайся моих приказов, иначе плохо тебе придется. Ты, Латро, пойдешь с нами; и эта девочка тоже. Как ее имя?

— Ио! – пискнула Ио.

— А ты, женщина, – Эвтакт повернулся к Каллеос, – обратись к Павсанию или к любому из наших военачальников, и деньги тебе вернут. Молчать! Слишком много болтаете – все вы здесь болтуны!