Зло во мне - Джеральд Бром Страница 92

— Вот так – сказала Тина.

Руби продолжила. – «Дьявол смотрит, как я корчусь, Дьявол смотрит, как я горю…»

— «Дьявол у меня в животе, как извивающийся червь» – вставила Тина и засмеялась.

Руби улыбнулась. – Мне это нравится! Затем обратно в припев, потому что всё заклинание в припеве. Нам просто нужно что-то броское, чтобы связать это, знаешь, чтобы люди подпевали.

Они прокрутили ещё несколько куплетов и строчек, пока, наконец, Тина не подняла руки. – Давай, просто попробуем ещё раз. Посмотрим, что у нас есть.

Руби начала напевать мелодию, ведя за собой, отбивая ритм на басу. Вступила гитара Тины, а затем Вутто добавил бит. Они держали всё просто, но Тина нажала на свою педаль фузза, добавив тяжёлое искажение, взрывая песню в мечтательную, захватывающую дымку жужжащих, скрежещущих гитарных аккордов. Вутто ухмыльнулся и увеличил темп, руки летали над томами, когда он отбивал свой первобытный бит. Руби добавила мрачный бас и начала петь, по-настоящему выпуская свой трагический воющий голос, и вся песня растаивала в мелодичный, психоделический грув.

«Дьявол на моей руке, Дьявол в моей группе.

Дьявол заберёт меня любым способом, каким сможет.

Только твоё заклинание, спасёт меня от Ада.

Отдай мне всё своё сердце и душу, отдай мне всё своё сердце и душу.

Буду гореть, как демоническая чаша, если ты не отдашь мне всё своё сердце и душу.

Отдам тебе всё своё сердце и душу, отдам тебе всё своё сердце и душу.

Горю, как демоническая чаша, я отдам тебе всё своё сердце и душу.

Дьявол смотрит, как я корчусь, Дьявол смотрит, как я горю.

Дьявол хочет меня в своём животе, как извивающегося червя.

Давай, освободи меня, изгони зло во мне.

Отдай мне всё своё сердце и душу, отдай мне всё своё сердце и душу.

Дьявол никогда не отпустит меня, если ты не отдашь мне всё своё сердце и душу.

Отдам тебе всё своё сердце и душу, отдам тебе всё своё сердце и душу.

Дьявол отпустит тебя, я отдам тебе всё своё сердце и душу.

Должен освободить меня, должен освободить меня.

Освободить всё зло во мне, зло во мне, зло во мне, зло во мне…»

По рукам Руби побежали мурашки; она закрыла глаза и позволила музыке поглотить себя.

Они проработали «Skank Howl» пару раз, просто чтобы разогреться, и это прошло хорошо, песня звучала прилично, но не так, как сейчас.

Она снова вышла на припев, и они все присоединились, все, кроме Бээла. Вутто подпевал, звуча как… как воющий демон.

Тепло расцвело в груди Руби, вибрируя по её костям, вибрации становились частью песни, текли сквозь неё, выходили из неё. «Магия», – подумала она. Это было не так, как когда с ней пели духи, но она была там. Шрам, символ, на её руке начал покалывать.

Они не остановились, когда песня подошла к концу, а зациклили её обратно к началу, идя по кругу, припев становился всё более лихорадочным с каждым повторением. Руби больше не чувствовала пальцев, как будто бас играл сам. Она начала плыть, чувствуя невесомость.

Раздался громкий звон, за которым последовал крик Тины: «Чёрт!», и песня резко оборвалась.

«Нет», – подумала Руби, не желая, чтобы песня когда-либо прекращалась. Она открыла глаза, увидела, что Тина порвала струну.

— Святые угодники! – воскликнула Тина. – Посмотри на мои руки, чувак. Мурашки по всему телу. Чёрт, у меня даже соски встали.