Эльфийский сыр - Екатерина Насута Страница 94

Анна сделала вдох.

Выдохнула.

Это невозможно… невозможно, потому что невозможно! Но если возможно…

— Ань, ты там чего?

…Целое поле эльфийской голубой конопли…

— Я… ничего. – Анна решительно отвернулась от зеркала. – Вещи собираю. Встречайте… к утру буду.

— …Совсем не убрано!

— И, Бер, – Анна выдохнула, – если это твоя очередная шутка… я тебя на том поле закопаю. Ты мое слово знаешь…

…А если не ошибка, то…

И подумать страшно.

Глава 21,

почти посторонняя и к делам подкозельским относящаяся весьма опосредованно

Всегда слегка нервничаю, когда узнаю, что к общему наркозу прилагается местный хирург.

Откровения бывалого пациента, высказанные за стаканом вечернего кефира в маленькой понимающей компании

Мила знала, что за ней следят.

Присматривают, как выразился Кешка. Впрочем, объяснить, кому и для чего понадобилось за Милой присматривать, не удосужился. Сказал, что ей лучше не знать.

И маме то же повторил.

Правда, наплел что-то про фирму, на которую работает, службу безопасности, заботу о сотрудниках… ага, три раза. Мама, может, и поверила, но Мила точно знала, что Кешка вляпался.

Даже знала когда.

И из-за кого.

Вот только что ей с этим знанием делать-то? В полицию пойти? Как бы хуже не было… и Кешке в том числе. Что дела его незаконные, это Мила понимала прекрасно. Мама могла верить про зарплаты с премиями, которых хватает, чтобы справить новую квартиру в столице и оплатить учебу.

И в целом жить безбедно.

А что Кешка появляется редко и с каждым разом выглядит хуже, так это от усталости. Работы много, а жены нет. Мужчине же без жены никак не можно, он себя не прокормит и вообще одичает.

В общем… сложно все.

Очень сложно.

— Эй, ты идешь? – окликнула Машка.

— Куда?

— Так собирались же посидеть…

Да, кажется… Миле предложили. Так-то обычно ее словно и не замечали, может, не специально, может, потому что Мила боялась сближаться с людьми. А они и чувствовали неладное и тоже сторонились.

— Не знаю.

— Идем. – Машка схватила за руку. – Хватит… нормальная девчонка, а людей сторонишься. Там Лёвка быть должен. Он про тебя спрашивал.

Щеки вспыхнули.

И погасли.

Лёвка… Лев Суварин был, во-первых, одаренным, во-вторых, происхождения благородного, а в-третьих… хорошим парнем. Симпатичным. Добрым. А значит, Миле от него надо держаться подальше и жизнь не портить. Потому что… просто потому.

Она оглянулась, зацепившись взглядом за мордатого мужика с шаурмой в одной руке и банкой колы в другой. Тот поспешно отвел взгляд, делая вид, что возле универа оказался по какой-то своей надобности, а не для того, чтоб за Милой следить. Но этот хотя бы старается в глаза не лезть. Другие похуже… один так и вовсе близко подходит и разглядывает так, что прям до костей дрожь пробирает.

— Идем… – Машка тянула прочь.

— Будешь? – Пихта протянул шаурму напарнику. – Слушай, я тут отожрусь…

— От и радуйся. – Тот шаурму взял и понюхал. – Работенка – не бей лежачего… за девкой приглядывать. Куда она намостылилась?

— Да с подругой вроде. По магазинам попрутся или еще куда.

Пихте было все равно.

Ему надоела и столица, и суета, и девица эта, которая с виду – мышь мышью… и нормального бы дела, а не это вот все.

— Лады, не дергайся, – сказал напарник, заглатывая огромный кусище. Как не подавился только. – Шеф сказал, чтоб готовились.