По праву крови - Кирилл Малышев Страница 96

В последний миг встретился взглядом со Степаном. Тот видел его, сумел различить в тени, под дном повозки.

Княжич тут же прервал движение. Он даже дышать перестал. Степан едва заметно покачал головой.

«Он понял, что я хочу сделать… и отговаривает меня.»

— И ты тоже не знаешь? – разочарованно протянул воевода. – Как досадно!

— Но я правда не знаю! – всхлипывая, выкрикнул Ренька. – Был тут, а куда делся – не знаю! Владыкой клянусь! Не убивайте, прошу!

— Прими смерть с достоинством, Реня, – мрачно проговорил стоящий рядом отец. – Не позорь себя перед предками. Всё кончится быстро. Через минуту мы встретимся в Славийских кущах.

Но Ренька продолжал рыдать. По его гладкому, безбородому лицу ручьями текли слёзы и сопли, влажно поблёскивающие в свете пожара.

Воевода смотрел на него сверху вниз. Несколько секунд он молчал, словно взвешивая возможные варианты.

Потом задумчиво произнёс:

— Верю, что не знаешь. Вижу, что правду говоришь.

Ренька замер. Надежда вспыхнула в его зарёванных глазах.

— Но раз ты не знаешь, где мальчик, тогда ты мне не нужен.

Лицо юноши изменилось. Он снова всхлипнул, но его плач резко оборвался. Меч вошёл в тело у ключицы и вышел под рёбрами с противоположной стороны.

Ренька тяжело охнул. Воевода, уперевшись ногой в его шею, с усилием дёрнул клинок. Брызнувшая из раны кровь густо покрыла лицо отца.

Ярополк беззвучно заплакал.

— Тебе, я так понимаю, тоже не известно, где он? – ровным голосом спросил мужчина, обращаясь уже к Степану.

Тот ещё раз коротко поглядел на сидящего под телегой Ярополка, готового броситься вперёд.

— Нет! – громко произнёс он и мальчик понял, что произнесённое слово предназначалось не врагу, а самому княжичу.

Верный дружинник предостерегал его от необдуманных действий. Затем, подняв глаза на воеводу, он повторил уже тише:

— Я не знаю, где он.

Повисла напряжённая тишина. Человек в чёрном плаще на мгновение задумался, словно взвешивая услышанное, а затем, пнув ногой голову Ивана, хмыкнул и, будто размышляя вслух, сказал:

— Видимо, я выбрал неверную тактику. – Он развёл руками. – Я убиваю вас слишком быстро. Вы не боитесь и потому не хотите говорить. Давай-ка попробуем иначе.

Он повернулся к стоящему рядом воину.

— Принеси-ка мне во-о-он ту колоду.

Рука в чёрной перчатке указала на массивное полено, которое использовали в лагере для рубки дров.

Пыхтящий воин направился за ней, но, сделав пару шагов, поскользнулся на луже Ренькиной крови и упал прямо на припорошенные снегом тела. Стоящие вокруг воины рассмеялись. Воевода разочарованно выдохнул.

— Прости, Роман, тут натекло, не видел…

— Неси уже! – оборвал его командир.

«Роман. Его зовут Роман», – отметил про себя Ярополк.

Воин, весь перепачканный, поспешно поднялся и, отряхнувшись, поднял колоду. Согнувшись под тяжестью сырого дерева, донёс её до ног воеводы, и с глухим стуком бросил на мёрзлую землю.

— Не вспомнил, где юный княжич?

Дружинник, дрожа всем телом, молча покачал седой головой и, вместо ответа, начал шептать молитву.

— Прими меня Владыка в чертоги свои. Смилостивись надо мной в это…

Воевода вздохнул, явно разочарованный.

— Что ж, ты сам сделал выбор. Кладите его руку на колоду.

Несколько человек навалились на Степана. Он рванулся, пытаясь освободиться, но силы были неравны. Нападавшие скрутили его и вытянули правую руку, прижимая её к влажному, шероховатому дереву.