Хочу вспомнить все - Марина Линник Страница 100

— Тогда я не понимаю вас.

— Сейчас объясню. Все очень просто: виной всему наводнение, которое случилось в Москве в двадцатых числах апреля.

— Наводнение? В Москве? Я не подумала, что это есть возможно.

На самом деле я лукавила. Мне было восемь лет, когда случилось первое на моем веку наводнение в Москве. Вода тогда поднялась почти на девять метров. Это было и страшно, и удивительно одновременно. Как сейчас помню: на залитой водой набережной детвора ловит рыбу.

— Бывает и не такое, – хмыкнул Богданов. – Наводнение было знатным, затопило много домов, первые этажи фабрик, залило даже павильоны «Мосполиграфа» близ Крымского вала. По Ордынке и Якиманке реки бежали. С некоторыми районами и вовсе прервалось сообщение. Так что поэтому и наблюдался недостаток провизии. А ты о чем подумала?

— Но я не увидела… как сказать… грязь, разрушения… что осталось от наводнения.

— За несколько дней до твоего приезда вода пошла на убыль, так что тебе повезло: даже ножки не замочила, гуляя по Москве. Вышло много добровольцев, и убрали весь мусор.

— Я поняла.

— Ну, так что ты надумала? Отказа я не принимаю. Тем более что мы так и не побеседовали. А ты же для этого приходила ко мне пару дней назад?

— Да, вы есть правы… Мы поговорим завтра… вечером. Вы, я и Лаврень…тий.

— Вот уж нет! – запротестовал Богданов. – Разговора точно не получится, Лаврушка опять напьется (у него завтра день рождения, как же без этого) и начнет анекдоты травить. Кстати, наш друг приглашает тебя отметить.

— О, будут гости… Его друзья. Я буду чувствовать себя… некомфортно.

— Да никого и не будет: только я, ты и Лаврушка. Чудак он человек. Не знаю почему, но Жуков не захотел никого приглашать. Да и я, думаю, нежеланный гость.

— Что? Почему? – удивилась я.

— Все дело в тебе, наверно, – подмигнул мне Богданов. – Лаврушка молчит, а я-то вижу. Ну так что? Есть идем?

— Завтра, – с улыбкой ответила я.

— Тогда, может быть, до ресторана на какую-нибудь выставку отвезти тебя? Познакомишься с советской культурой поближе. Я-то, по правде сказать, мало что понимаю. Между тем с удовольствием прогуляюсь с тобой.

— Хорошо, – согласилась я, желая поскорее избавиться от навязчивого кавалера.

— Тогда в три заеду за тобой. До завтра!

Глава 25

Известие о том, что Лаврентий Жуков испытывает ко мне какие-то чувства, вначале позабавило меня, но потом, подумав, я поняла, что его неравнодушие может усложнить дело. Подсыпать яд незаметно, да еще и в людном месте, в ресторане, и так задача не из легких. А тут еще и неотрывное внимание пары влюбленных глаз. Мне нужно было время, чтобы поразмыслить. Той ночью я не сомкнула глаз. И не потому, что не хотела спать или не устала. Наоборот, я буквально валилась с ног. Но, увы, гнетущие мысли не давали мне покоя. Я вскакивала с кровати и начинала расхаживать по комнате, вслед за тем опять ложилась, потом вновь вставала. «Мне следует найти способ их убрать», – как заклинание повторяла я снова и снова. С этими неотвязными думами я встретила рассвет. К полудню решение было найдено…

— Ингрид, какая-то ты сегодня бледная, – поприветствовав меня, заметил Петр. – Уж не заболела ли?

— Нет, я имею много работы, – пояснила я. – Все утро.

— Ну, так нельзя, – возмутился мой собеседник. – Все, сегодня больше никакой работы, только отдых. А я уж постараюсь. Пойдем!