"Посмотрим, кто кого переупрямит...". Надежда Яковлевна Мандельштам в письмах, воспоминаниях, свидетельствах - Павел Нерлер Страница 143

Может быть, этот удар, полученный от собственных работ, одна из причин моего плохого состояния.

Но это всё вам объяснять не надо. Вы хорошо это знаете и по себе.

Сердечный привет Елене Михайловне и Евгению Яковлевичу.

Лида вам кланяется.

Надеюсь, что теперь уже до скорой встречи.

Дорогая Надежда Яковлевна, очень я соскучился по нашим беседам. Чем старше я становлюсь, тем у́же становится круг людей, с которыми хочется говорить. Это великое счастье, когда есть хоть один человек, с которым можно говорить без напряжения на одном языке.

Есть очень много хорошей и интересной молодежи, но для них еще очень многое кажется серьезным, что для нас с вами воспоминания о чем-то совсем наивном (хорошем ли или плохом) и смешном. И то, что действительно имеет ценность и смысл, кажется им часто странным или очень простым. Это очень естественно. Мы были такими же. Да кроме того, то проникновение в область человеческого духа, называемого искусством, которое так свойственно Вам, – дар редкий.

Отдых мой (слава богу!) подходит к концу. 29-го мы уезжаем и 30-го утром будем в Москве. Так что напишите мне уже на Москву, когда вас ждать в Москве.

Отдохнул я, кажется, хорошо. Почти совсем не работал. Единственное, что сделал, закомпоновал окончательно Ваш портрет [749]. Так что надеюсь в сентябре за него взяться.

Очень меня взволновало сообщение, что у Ильи Григорьевича инфаркт [750]. Я тут же написал Любовь Михайловне [751], чтобы, если я могу ей помочь, она меня сразу вызвала. Дай Бог, чтобы он выкарабкался. Вот, собственно, все мои новости. Народу знакомого тут очень много, но мы с сыном [752] так заняты постройкой замков, крепостей и дворцов на берегу моря, что нам некогда ни с кем общаться.

Веду образ жизни самый добродетельный. Почти не пью. За всё время мы с Лидой один раз выбрались в ресторан (когда сын уснул), хорошо выпили и танцевали с таким азартом (все танцы подряд), как будто нам по 18 лет.

Очень хочется работать. Скажу вам по секрету, что больше я, не взяв с собой работу, ездить никуда не буду. Не для меня это занятие.

Ну, до скорой встречи.

Большой привет Елене Михайловне и Евгению Яковлевичу. Скажите этому негоднику Диме [753], что он свинья, что не ответил на мое письмо. Я его за это заставлю отпозировать 125 сеансов!!!

Дорогой Борис Георгиевич!

Обрадовалась, найдя ваш адрес. Думала, что у меня его нет с собой. Оказался на конверте вашего письма. Я возвращаюсь где-то между четвертым и шестым. Очень хочу домой и очень по вас скучаю. Позвоню немедленно (рано утром?)…

Впрочем, позвоните сами вы Вике Швейцер (АВ 75196 – Виктория Александровна) – она будет сговариваться с шофером и знать, когда я вернусь… Приходите скорее.

Завтра позвоню узнать, как перевезли Илью Григорьевича. Очень душа за него болит. Если увидите их, скажите им, что я их очень обоих целую.

До скорой встречи. Надежда Мандельштам.

Лена и Женя еще тут поживут.

…типа Миши [754]. Как вы? Я очень беспокоюсь, как вы выдержите это лето. Судя по газетам, в Москве дождь и холодно. А судя по письму, настроение у вас еще хуже. Я буду в Москве 12-го вечером и 14-го приеду в Верею. Напишите мне, какова обстановка и могу ли я приехать на денек к вам.

Очень хочется вас повидать и поговорить. Из новостей приятных могу вам сообщить две. Почти наверняка нашел для Володи [755] еще одного любителя его картин, и перед моим отъездом Дима Сарабьянов [756] сообщил мне, что портрет Димы и Тани – первый вариант [757] – произвел там сенсацию, и, следовательно, есть надежда, что в сентябре понадобится еще одна работа. Ура! Ура!

Лида вас целует.

Боря! узнайте срочно, как найти Леву (ухо, горло, нос) [758]. Он работает в какой-то платной поликлинике. Не в отпуске ли он?

Позвоните Псков 2–14–27, спросите Евгения Александровича или Таню и скажите им. Это очень хорошие люди. У него гайморит, который здесь не сумели вылечить. Лева буквально исцелил Кирилла [759].

Целую вас. Жду вестей. (Псков 14, Псковская 6, Желудкову для Н. Я.)

Сделайте, Боря, прошу вас. Н. Я.

Дорогая Надежда Яковлевна!

Вчера получил ваше письмо и тут же позвонил Леве. Дома никто не подошел, а на работе мне сказали, что он в отпуске и будет только в конце августа.

Так что, к сожалению, помочь вашим друзьям попасть к нему на прием я до конца лета не смогу.