Хочу вспомнить все - Марина Линник Страница 38

Желая поскорее поставить мужа на колени, матрос и солдат с бородой ухватились за его пальто. И в ту секунду, когда Николая тряхнули, приводя в сознание, из-под подкладки слегка показались краешки конвертов. Мучители вряд ли заметили бы их в таком состоянии, да еще при столь тусклом освещении на станции, но судьба сыграла с нами злую шутку: к тому моменту, когда Николя пришел в себя, на небе разошлись тучи, и полная луна выкатилась на небосклон, осветив землю. Стало светло почти как днем. Я с ужасом смотрела на уголки писем, торчащие из-под подкладки, моля Бога, чтобы каратели не разглядели их. Где-то в глубине души у меня еще теплилась надежда, что, выплеснув пьяную злобу, бандиты просто бросят нас на станции на произвол судьбы. Вместе с тем, если письма будут обнаружены… «Господи! – взмолилась я. – Не оставь рабов своих! Заклинаю тебя, защити от нечестивцев! Убереги нас от их ярости!» Но, видимо, в тот страшный день Бог отвернулся от нас.

— Это еще что такое? – прищурив один глаз, медленно произнес военный, склонившись над Николаем. – Эй, снимите-ка с него пальто!

Те двое, что измывались над мужем, быстрым движением сорвали с него верхнюю одежду, попутно награждая пинками и тумаками. Рванув подкладку, бывший полицейский вытащил на свет божий все письма, адресованные Керенскому. Прочитав, кому они предназначались, человек в кожанке присвистнул. «Я так и знал… Крупная рыбка попалась в мои сети, ничего не скажешь», – подумал он, искоса поглядев на понурившего голову Николая, который уже понимал, что милостей ждать не приходится. В те минуты, тянувшиеся необычайно медленно, муж больше боялся не за свою жизнь, а за мою, так как был убежден, что после его смерти солдаты не отпустят меня с миром. «Что станет с моей дорогой Кэт? Я совершил опрометчивый поступок: не стоило брать с собой жену. Хотя не думаю, что в Петрограде спокойнее или надежнее. Эх, ну почему я не уговорил ее покинуть Россию раньше? Я проявил слабость, смалодушничал, и вот теперь наступила расплата».

Вскрыв пару конвертов и ознакомившись с их содержимым, бывший полицейский усмехнулся.

— Ты и теперь будешь утверждать, что ездил договариваться о поставках провизии в столицу? – поинтересовался он, подойдя к Николаю на расстояние вытянутой руки.

— Я не буду отвечать на ваши вопросы, – спокойно ответил муж, пристально глядя на мучителя. – И в дальнейшем разговоре не вижу смысла. Ведите меня к вашему руководству. Я не желаю иметь дела с пьяницами и бывшими полицейскими.

— Здесь я начальник, и я тут закон! – жестко сказал военный и, подняв руку с револьвером, выстрелил мужу в голову.

Тот упал замертво на утоптанный грязными сапожищами и пропитанный кровью снег. Крик ужаса вырвался из моей груди. Воспользовавшись растерянностью Петра, не ожидавшего такого стремительного развития событий, я выскользнула из могучих лап солдата и бросилась к мужу. Но удар кулаком в лицо, нанесенный убийцей, отбросил меня в сторону. Я упала на спину, ударившись головой о лежавшее на платформе бревно, и потеряла сознание.

— Довольно истерик! – грубо произнес бывший полицейский. – Отнесите дамочку в кутузку. Сдается мне, она еще много чего полезного и интересного может нам порассказать.

— А чё с этим мертвяком делать? – поинтересовался матрос, враз протрезвевший после убийства Николая.