Мятежник - Роман Путилов

Глава 1

Пыль из-под копыт сотен туземной кавалерии, неспешно двигающейся вдоль русла Амударьи висела в воздухе еще пару часов, но нам она практически не мешала. Помешал посыльный, доставивший телеграмму из палатки радистов, заставившую меня, в очередной раз, поразится, с какой скоростью в армейской среде, несмотря на все уровни секретности, распространяются различные новости и сплетни. Не успел посыльный подать мне книгу учета радиограмм с, свернутым конвертиком, бланком, а за полотняными стенками палатки уже раздавались удивленные и радостные голоса, повторяющие на разный лад слово «мир».

Согласно телеграмме, переданной посредством искрового передатчика через самолеты — ретрансляторы, с сегодняшнего дня, с полдня, между Российской империей и Европейской коалицией устанавливался мир, условия которого, впрочем, еще только подлежали обсуждению на предстоящей мирной конференции. В качестве малозначительной детали сообщалось, что Его Величество, император Всероссийский почил в бозе, вследствие взрыва арсенала. Вся власть в государстве перешла, до совершеннолетия Наследника, в цепкие ручки Императрицы Инны.

Через час я вошел в штабную палатку сводного авиаполка, прошел мимо длинного стола, за которым сидели комполка, его заместители, комэски, обернулся…

— А я не понял, господа, вы что, пьяные, что ли? — я обвел взглядом лица командиров, раскрасневшиеся, веселые, с шальным блеском в глазах. Кто-то даже расстегнул крючки летных комбинезонов… почти до пупка.

— Так это, Ваше Величество, мир же, вот и празднуем… — и в подтверждение слов командира первой эскадрильи, в противоположном конце длинного стола отчетливо звякнул посуда.

— Полянкин! — крикнул я и через пару секунд ко мне подскочил мой адъютант, которому я прошептал несколько слов, на что Крас Людинович козырнул и вышел на улицу.

— Слушайте меня внимательно, господа. Раз душа ваша так рвётся к миру, так и быть, на сегодня у нас будет демократия, никого неволить воевать я не буду. Но так, как вы все еще служите мне, и получаете от меня неплохое жалование, то офицеры, жаждущие мирной жизни сейчас же переходят в армию мирного времени и приступают к обычным занятиям, в частности у вас сейчас по расписанию кросс, три версты туда, и столько же, получается, обратно. Ну что сидим, любители мирной жизни? Выходи строится, сейчас мой адъютант проведет занятия по физической подготовке. А кто продолжает воевать, тот остается ля планирования сегодняшней боевой операции…

— Ваше величество… — взмолился один из летунов: — Ну, так мир же объявили! Нас же потом по шапке, за невыполнение…

— Объясняю для шибко умных — у нас с кем мир сегодня объявлен?

— С Европейским Альянсом, Ваше…

— И кто видит здесь флаг или герб Европейского Альянса? — я показал на большую фотографию британской базы, снятой самолетом разведчиком: — Я не вижу. Мы планируем налет на логово пиратов, действующих без демонстрации флага, а, следовательно, согласно международному праву, ставящих себя вне закона.

Не знаю, что мои пилоты не любят больше — бегать кроссы или пиратов, но, больше про мир на совещании никто не говорил, а прапорщик Полянкин так и не смог провести занятия по физической подготовке.

Каспийское море. Остров Узунада.

Налет на остров Узунада, расположенном в Каспийском море начался на рассвете, по ставшей уже типичной схеме — из облаков, с пикирования, на тушу дирижабля, пришвартованного к причальной мачте, вывалился десяток самолетов, немедля сбросив бомбы с крутого пикирования они ушли на высоту, недосягаемую для легких пушек и пулеметов защитников британской базы. Огромная туша дирижабля и, не уступающий ему размерами, ангар были прекрасными мишенями, не допускающими промаха. Бой почти закончился, когда ангар начал пылать, а в небо взлетели несколько баллонов с заговоренным водородом, вырвавшиеся из расколотого бомбами корпуса дирижабля. Но, если британцы решили, что на этом все закончилось, то они просчитались — из-за барханов появилось несколько десятков темных фигурок, которые, периодически постреливая, двинулись в сторону британской базы, умело передвигаясь короткими перебежками. Мне удалось перебросить сюда, на край пустыни, почти роту пехотинцев, которые сейчас грамотно наступили на британский сброд, вставший к пушкам и митральезами, как-то всякие механики, мотористы и прочие воздушные стрелки со штурманами. Поняв, что одновременно отбивать воздушную и наземную атаку не получается, британские воздухоплаватели, бросив пушки и пулемёты (наверное, их тоже было много у короля), принялись шустро отступать к причалам, где, разводя пары, стояли два вооруженных парохода и парусная шхуна. Пароходы открыли огонь из своих пушечек, стараясь отсечь наступающую русскую пехоту от, бегущих к пирсам, британцев, чем вызвали навязчивое внимание нескольких русских самолетов, которые, принялись кружиться над берегом, сердито жужжа моторчиками, как стая злых ос, очевидно, готовя очередную атаку.