Драконья няня - Наталья Фирст Страница 10

Мой новый знакомец указал рукой на свой столик и неожиданно мягко улыбнулся. Даже шрамы не смогли испортить исходящего от него обаяния.

— Если хочешь, дочка, присаживайся ко мне.

Я была готова согласиться, но Арно опередил:

— Нет, — выкрикнул он, — Анна сядет к нам. Я ей уже и место занял, и еду принес.

Дядюшка Оскар усмехнулся.

— Ох, смотри, дочка, с этими озорниками стоит ухо держать востро.

Сел и вернулся к трапезе. Я оглядела мальчишек, узрела хитрованские мордочки и согласилась со стариком — зовут меня не просто так. Эти поросята опять что-то задумали. Но мы еще посмотрим, кто кого обхитрит. Поэтому легко согласилась:

— Ну, если Арно уже занял мне место, как я могу отказать?

Со своего стула взвился Астор и указал на меня пальцем:

— Видели! Видели, что я говорил. Анна нас умеет различать. А вы не верили!

Я сделала удивленное лицо:

— А что там различать, Астор, вы с братом совершенно непохожи! Твой дракон ультрамаринового цвета, а его — изумрудный.

— Ух ты! — хором выдохнули близнецы. — Анна видит истинный облик! Это круто!

— А мой — вытянул, как на уроке, руку белобрысый дракончик лет двенадцати. Он даже привстал из-за стола от нетерпения.

Я перевела на него взгляд и пригляделась. Его крылья переливалась всеми цветами пламени. Но самым главным был алый.

— Твой дракон ярко-красный.

Астор хлопнул друга по плечу, усаживая на место, и хохотнул:

— Все верно, Анна, его даже зовут Блейз.

«Пламя», — перевела я про себя, а вслух сказала:

— Твоему истинному облику очень идет это имя.

Блейз неожиданно смутился. А Дядюшка Оскар восхищенно крякнул:

— Умеешь ты удивлять, дочка. Осталось только сказать, какой дракон у меня и Тибо.

Он указал на последнего мальчика, самого тихого из всей компании.

— Это просто, — я повернулась к старику, — ваш дракон черный-черный, как тьма. А у нашего смельчака, — имя Тибо само нечаянно вырвалось у меня в переводе на человечий язык, — дракон очень красивый — он как серебряный жемчуг.

Мальчишки шумно загудели. А я не смогла остановиться и решила продолжить:

— А у Лотара.

Мне пришлось прикрыть глаза, чтобы восстановить в памяти момент нашего знакомства с грубияном. Я вновь оглядела его с ног до головы и вдруг поняла, что не видела за егоспиной ни призрачных крыльев, ни тени.

— Ой! — я смущенно прикрыла рот ладошкой. — Наверное, я его не разглядела…

— Не разглядела, — раздалось из-за моей спины. — Ну-ну, Леди Джулиана!

Знакомый голос был полон сарказма.

— Сложно разглядеть то, чего нет.

* * *

Внутри меня все словно закаменело. Я ясно чувствовала, за злым сарказмом скрывалась боль. Море, океан, целая бездна боли. Этому дракону было безумно плохо. Его душа горела от осознания ущербности. И боль эта отдавалась во мне беззвучной мольбой о помощи, тихим эхом. Я обернулась на голос.

Лотар стоял в дверях. Огромный, красивый, хмурый, раздраженный.

— Уезжали бы вы отсюда, леди Джулиана. Вы здесь чужая.

Я смотрела на него и всем нутром ощущала, что слова эти — ложь. От первого и до последнего звука. Потому ответила твердо:

— Даже не мечтайте.

— Как знаете.

Дракон развернулся и медленно скрылся из глаз.

— Ты, дочка, не обижайся на него. Так-то он неплохой. Добрый. Справедливый. — Голос Оскара заставил меня вздрогнуть.

— Я и не обижаюсь.