Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 1 - Шуан Мэйхуа Страница 104

— Возмутительно! – начали перешептываться евнухи, и в зале воцарилась тишина. Казалось, если бы в этот момент упала игла, ее звук был бы похож на звон колокола.

Ю Чжэнхай продолжил, откинувшись на спинку трона:

— Что вы имеете в виду?

Ю Вэйюань и Ю Байху тоже присутствовали на собрании. Когда упомянули семью Хань, Ю Вэйюань, которому было разрешено сидеть из-за полученной травмы, краем глаза посмотрел на Ю Байху. Однако тот сохранял спокойное выражение лица, по которому было трудно понять его эмоции.

Опустив меч, Цзюнь-ван Чэнь Цаньжэнь сказал:

— Не исключено, что семья Хань сговорилась с семьей Чжоу, чтобы избавиться от вашего младшего сына! Брачный союз с Ее Высочеством Хань Иньюэ даже не был заранее спланирован. Он отдал свою старшую племянницу вам в дар! Как поступил когда-то и Чжоу Ин[73]. Но кто в итоге остался в выигрыше? Вам ли не знать, почему Хань Бэйшэн и его наследник Хань Яоцзу прибыли на осеннюю охоту в знак возвращения наследного принца в столицу? Когда все остальные по тем или иным причинам не смогли присутствовать или оставили своих наследников во дворце? – Голос Цзюнь-вана Чэнь Цаньжэня дрогнул. Он стиснул зубы и прокричал так, что его слова эхом разнеслись по стенам императорского дворца: – Потому что на севере правит женщина! И Нюй-ван Хань Ян, как и ее дочь Хань Иньюэ, имеет полное право сражаться наравне с мужчинами и возглавлять войско…

Ю Чжэнхай стиснул зубы.

— Мы согласовали и скрепили договор кровью, что не будем вмешиваться в дела друг друга! Если Хань Бэйшэн позволяет такое на своих землях, не значит, что на моей земле это приемлемо!

— Потому вы каждый день жалеете о том, что позволили себе такую оплошность. Изначально Чжоу Ин внушал вам страх, и вы держали его при себе, кормя пустыми обещаниями, а когда его грязные методы перешли все границы, вы быстро изменили свое мнение и переметнулись на другую сторону, дабы мянгуань императора оставалась на вашей голове.

Кто-то из чиновников решился вставить свое слово:

— Семья Хань и семья Чжоу уже много лет враждуют. Их методы и взгляды сильно расходятся. Но тогда вы тоже подняли мечи, собрались с войском и сражались против императорской семьи. Если семья Хань желала поквитаться со своими дальними родственниками, то именно вами, Цзюнь-ван Чэнь Цаньжэнь, двигали совершенно другие цели.

Острый взгляд Чэнь Цаньжэня пронзил чиновника:

— И подниму его снова, если выясню, что они решили играть со смертью. То, чем занималась семья Чжоу, омерзительно и не может быть оправдано! Если семья Хань непричастна и вы так же, как и я, лишь жертвы несчастного случая, тогда молитесь небесам, чтобы мой сын и невестка пришли в себя. Пусть семья Хань докажет свою непричастность и выведет яд Бяньхуа.

Ю Байху, который все это время хранил молчание, поспешно вышел вперед и встал перед Цзюнь-ваном Чэнь Цаньжэном. Опустившись на колени и склоняя голову, он обратился к отцу-императору:

— Ваше Императорское Величество, прошу разрешения на выезд из столицы. Я лично разверну Хань Бэйшэна и Хань Яоцзу и попрошу их объясниться. Уверен, что это какое-то недоразумение.

Чэнь Цаньжэнь опустил презрительный взгляд на Ю Байху, сдерживая желание плюнуть ему в спину или пнуть ногой. Он раздраженно хмыкнул, после чего направился к выходу. Солдаты, ожидавшие приказа Сына Неба, вернули клинки в ножны. Ю Чжэнхай подал знак, позволив Цзюнь-вану Чэнь Цаньжэну мирно покинуть императорский дворец. Если бы до Чэнь Юна дошли слухи о том, что его младший брат тяжело ранен, а отец взят под стражу, он бы немедленно поднял восстание.