Армагеддон - Владимир Сухинин Страница 106

— Нет. Их уничтожили во время мятежа, и их замок теперь мой.

— Ну ты, сын, и гребешь, – удивленно воскликнул Овор. – Как курочка, и всё под себя. Чай, уже стал богаче короля?

— Короля уже нет, – усмехнулся я, зная в глубине души, что я богаче всех императоров на планете.

— Как нет? Куда он делся? Помер или убили?

— Жив-здоров. Меехир назначил себя императором, – ответил я.

— Да ты что? – опешил Овор. – И как так случилось? Вот дела какие интересные творятся, будет что парням рассказать.

— Император Лигирии отдал ему княжество его жены, и он, пользуясь этим, присвоил себе титул императора Вангора и Чахдо.

— Да иди ж ты, вот стервец! – восхитился дядька. – Вот так взял и загнал занозу в задницу его императорскому величеству, тот до конца дней своих сидеть не сможет. Хе-хе, – хрипловато рассмеялся в седые усы дядька.

— А меня сделал князем Чахдо и отдал провинцию мне во владение, – продолжил я.

У дядьки случился мозговой ступор, он вытаращился и долго на меня смотрел, потом недоверчиво произнес:

— Так ты теперь его высочество, князь?

— Да. Князь Чахдо Ирридар Мудрый.

— Даже Мудрый? С чего это?

— А я предложил Меехиру поменять имя, и он согласился.

— Чего-о? – Глаза дядьки полезли на лоб.

— Я предложил ему стать Меехиром Великолепным, и он принял новое имя, так что я, можно сказать, его крестный отец.

— Кто? – еле смог выговорить Овор. – Ты?.. Крестный отец императора?

— Ну да, так вышло.

В комнате воцарилась долгая тишина. Овор топорщил усы, обдумывая мои слова, и успокаивался. Потом тихо, с оглядкой на стены произнес:

— Сынок, ты будущий император. Поверь моему слову. Но это между нами, не болтай. – Я засмеялся и закивал:

— Буду нем как рыба, дядька. Расскажи мне, что вы там с Телем придумали.

— Так ничего и не придумывали. Он, когда протрезвел, стал просить опохмелиться, вечер был, я грустил. Моя-то поехала мать навестить. Ну я его из подвала вытащил. Выпили мы, поговорили. Он рассказал мне про свою судьбу и что хочет начать жизнь заново. Вот.

— Что вот? – нахмурился я. – И ты поверил ему?

Дядька поднял бровь и веско произнес:

— Я, сынок, серый страж, умею разбираться в людях.

— Да-да, – закивал я, понимая, что обидел старика недоверием, – прости. Просто эти иномирцы такие хитрецы.

— Этот не такой, как тот, что сидит в подвале. Тот постоянно хочет подкупить то меня, то охрану, не понимает, глупец, что для нехейца честь выше жизни.

Я, слушая, кивал, но червячок сомнений меня грыз.

— А как он перестал пить?

— А он не перестал, только больше не напивается. Пошел как-то по саду и нашел пруд, там его дух и прихватил. У Теля есть магические способности…

И тут же я понял, в чем проблема! У Теля в крови жаргонит, без него в Инферно не выжить. Его надо из него вытащить.

— Он стал бороться с духом, и тот взял у него жизнь за обещание, что не будет напиваться. Вот так он стал непьющим.

— Дядька, подожди, – я поспешил встать и вышел из кабинета. Теля уже привели в себя. Он сидел на полу, держась за голову, увидел меня и, тряся головой, скривился от боли. Я сел рядом и приказал:

— Если хочешь жить, Тель, отдай жаргонит.

Тот поднял голову и тихо произнес:

— Значит, не показалось… Забирайте, ваша милость, только не отдавайте меня этим…

— Их больше нет, Тель, ни одного, – мягко улыбнулся я. – Они все погибли при мятеже. Остались двое: ты и Советник, но Советник улетит в АД.