Работный дом попаданки, или Лопата в помощь! - Дара Хаард Страница 107

Драконы — и те, кто вернул магию, и те, кто ещё был простыми воинами, — надевали доспехи. Гномы ворчливо поправляли оружие в кузне, возмущаясь, что они воевать не нанимались. Но всё равно отдали Хресту усилитель магии огня, а Торку — накопитель: у него был самый маленький источник.

Я поднялась на одну из башенок, чтобы посмотреть, что там к нам идёт. Лучше бы не смотрела.

— Золотинка, уходи в дом, мы справимся, это не стая аринчи! — крикнул мне Иган.

Я видела, что это было не похоже на стаю. То тут, то там, словно из-под земли, вылезали чёрные, блестящие на свету чудовища, как из моего сна. Их становилось всё больше и больше, они были разных размеров и разных видов. Некоторые дрались между собой и, закусив товарищем, шли опять вперёд на поместье.

Я уже малодушно пожалела, что не отдала чёртовы артефакты этому Далорону — пусть бы проводил свои опыты где-нибудь и не трогал нас. Я почему-то была уверена, что нападение — это его рук дело.

Стены почти до середины были покрыты защитной плёнкой купола, но у самой земли… это была наша ахиллесова пята, которую и собирались защищать драконы. Хорошо хоть шли твари с одной стороны, и что странно, это было не поместье Ребека.

— Алидари, не нужно тебе это видеть, — сказал опять Иган, когда твари подошли очень близко. — Не беспокойся, мы продержимся, пока империя вышлет подмогу, лучше успокой свою стряпуху…

Ашта знал, на что можно надавить, чтобы я послушала. Агнеш, наверное, уже в три ручья рыдает.

Когда первые твари добрались до стены и попытались залезть наверх, драконы стали действовать. Полетела магия, стрелы, купол над нами замерцал, отбивая атаки летающих чудовищ.

Я не воин, поэтому ножки у меня затряслись, а в груди от страха всё сжалось.

Еле передвигая конечностями, я пошла в дом. Нужно закрыть все окна и желательно зашторить — не хочу видеть весь этот ужас.

В коридоре было темно. Кто-то убрал магические светильники, наверное, занесли в общий зал. Он теперьобставлен мебелью, и по вечерам мы уютно располагались на диванчиках и болтали обо всём. Что интересно, мужчины в разговорах принимали участие редко, но зато любили «погреть уши». И стоило нам, девочкам, собраться тёплой компанией с булочками от Агнеш, чтобы обсудить наши дела, как потихоньку в зал тонким ручейком приходили мужчины, делая вид, что просто шли мимо.

Я улыбнулась. Всё-таки работный дом может стать домом, если к этому стремиться и прилагать усилия.

Тут раздался крик — женский.

Я встрепенулась. Это из крыла, где живут работные. Что у них там случилось? Надеюсь, не твари добрались. Мальчишки, скорее всего, с Агнеш, так что к подруге ещё успею, а вот разобраться, почему кричат, надо.

В коридоре с множеством дверей тускло горели осветители. А возле одной из дверей лежала на полу Зари. Я кинулась к женщине, перевернула её на спину. Она была жива, но на голове виднелась шишка.

Я повернула голову в сторону открытой двери. Там лежала раненая Сибилла — и замерла, не в силах отвести взгляд от бывшей прачки.

Она стояла посередине комнаты — бледная, осунувшаяся, чёрные волосы торчали в разные стороны неряшливой паклей. В глазах — безумный блеск, в них не было разума, только бешеная ненависть, направленная на меня. Рубаха, достающая до колен, в бурых пятнах крови, в одной руке — тяжёлый подсвечник, наверное, оставшийся со старых времён.