Семь снежных ночей - Цан Юэ Страница 108

Он и в самом деле это заслужил… Заслужил!

Тун вдруг засмеялся. Оказывается, вся его жизнь была выбором между яростной схваткой и покорностью! Но как бы сильно он ни боролся, не смог вырваться из рук того, кто перевернул всё с ног на голову.

Желание убивать покинуло сердце, и юноша почувствовал только бесконечное изнеможение. Он медленно закрыл глаза, криво усмехнулся и склонил голову.

Мяо Шуй потрясённо смотрела на него: неужели Тун сдался? Больше не пытался сопротивляться и даже не злился… Никогда ещё на лице первого убийцы Горнила Демонов не было такой безмерной усталости!

— А ну, стой! – Когда юноша засмеялся, владыка молниеносно потянулся к нему: одной рукой сжал его челюсть, а другой резко ударил в живот.

Изо рта Туна хлынула кровь, перемешанная с чёрным снадобьем. От такого сильного удара он потерял сознание.

— «Заткни глотку»? Хочешь покончить с собой? – Владыка удовлетворённо улыбнулся. Казалось, воля Туна была окончательно сломлена. Мужчина крутанул золотой посох и холодно произнёс: – Для тебя это слишком просто. Ты должен до конца насладиться «Яблоней семи звёзд».

Повсюду валялись убитые псы. Лишь один серый мастиф всё ещё пытался приподняться.

Владыка нахмурился.

— Тун, ты убил стольких моих драгоценных мастифов, забрал жизнь Мин Ли… – пробормотал он. – Что ж, прежде чем яд возьмёт своё, ты заменишь мне псов. – Кончиком посоха он приподнял подбородок юноши. – Хотя… без силы своих глаз ты хуже пса.

— Вы собираетесь заключить его в Снежную тюрьму? – тихо спросила Мяо Шуй.

— В Снежную тюрьму? Это слишком просто… – Глаза владыки загорелись злобой, и он ткнул посохом в голову Туна. – У меня остался только один мастиф. Раз клетки пусты, пусть он займёт одну из них.

— Да… слушаюсь. – Мяо Шуй еле заметно вздрогнула, быстро и почтительно поклонилась, очаровательно улыбнулась владыке и отошла. Её талия была узкой и гибкой, как ствол ивы, а бёдра покачивались, как ветви на ветру. Она подхватила потерявшего сознание Туна и легко унесла его прочь, вмиг исчезнув из виду.

Владыка проводил её взглядом, и в его глазах вспыхнул иной огонь.

— Такая соблазнительная…

Не успел мужчина решить, когда позовёт Мяо Шуй для парного совершенствования тайных тантрических[36] техник, жар охватил его даньтянь[37], а всё тело пронзила боль. Старик с седыми волосами и юным лицом согнулся и зашёлся кашлем, опираясь на свой золотой посох. Он больше не мог притворяться.

Внезапно кровь потекла изо рта и запятнала без того уже окровавленный лёд.

— Мяо Фэн… – Владыка тяжело вздохнул, и его глаза потемнели. – Почему ты ещё не вернулся?!.

* * *

Тихо падающий снег скрывал наблюдателя.

Всё произошло слишком быстро.

Мяо Кун, один из пяти Поименованных, спрятался в стороне, невидимкой наблюдая за этой занятной попыткой бунта.

Мужчина никому не показался на глаза, не говоря уже о том, чтобы вмешаться, словно происходящее не имело к нему отношения.

Похоже, события развивались быстрее, чем он рассчитывал. Оставалось надеяться, что люди из школы Динцзянь с Центральной равнины тоже ускорятся – или всё станет гораздо сложнее, когда владыка справится с ситуацией.

* * *

В Снежной тюрьме у северного подножия самой высокой горы Куньлуня круглый год было холодно и сыро, туда не проникал солнечный свет.